Великое Нечто

Глаза у него были холодные и чуть прищуренные.

– Полежим в больничке? – спросил он.

– Добей его, Фома!.. А ну, не вырывайся, стерва! – крикнул его напарник, все еще борющийся с девушкой.

Фома выпрямился и увидел несущегося к нему бородача в кожаной куртке. Этот противник показался ему более серьезным, и он встал в стойку.

Никита перешел на шаг. Лицо у него было невозмутимым.

– Хочешь подраться, мальчик? Ну давай! Посмотрим, что ты умеешь. – И он, дразня, поманил к себе противника пальцем.

Решив нанести первый удар ногой в голову, громила совершил ошибку. Удар был хорошо поставлен и, возможно, в другом случае мог оказаться решающим, но он не учел реакции и мощи своего противника. Его бьющей ноге уже не суждено было опуститься. Чуть отклонившись, Бурьин перехватил ее на лету одной рукой, а другой – с силой нажал на колено. Послышался хруст. Фома хрипло застонал и свалился на битый кирпич.

– Закрытый перелом плюс смещение коленной чашечки, – сказал ему Никита.

 – В другой раз не работай ногами так высоко… А ты куда? А ну стой!

Второй бандит спрыгнул со ступенек строительного вагончика и бросился к машине. Он бы успел, но Корсаков, уже немного оправившийся, поставил ему подножку. Почти сразу неуемная сила оторвала противника от земли, подняла высоко над землей, и он всем телом врезался в лобовое стекло джипа.

– Ну вот, опять влипли. Говорила мне мама: не лазай через заборы, сынок, – проворчал Никита, помогая Корсакову подняться.

 – Ты как? В порядке?

– Голова кружится, – сказал тот, ощупывая подбородок.

– Раз кружится – значит, есть чему. Ты че, никогда раньше не тренировался?

– Почему это? Я фехтовальщик! – возмутился Корсаков.

– Ну тогда носи с собой рапиру! – посоветовал Бурьин, переводя взгляд вправо. – А, вот и наша спасенная! Не бойтесь, идите к нам! Только не вздумайте плакать, мы тогда сразу убежим.

Девушка, выйдя из вагончика, подошла к ним. Похоже, она совсем не стеснялась своей наготы.

Кожа у нее была молочно-белая и поразительно чистая. «Странно, что у нее нет ни одного родимого пятна. Такое редко бывает». Едва Корсаков об этом подумал, как заметил у девушки справа от пупка небольшую родинку.

– Вам повезло, что эти мерзавцы не успели вас обидеть, – сказал он. – Вам нужна помощь?

– Помощь? – повторила незнакомка, словно пробуя на вкус это слово. – Нет, спасибо, не нужна. Она мне вообще не была нужна.