Первый эйдос

Не к тому ли стремился горбун, чтобы они перерезали друг друга?

Ярос заскрипел где-то совсем близко, в слежавшемся тумане, который со всех сторон окружал площадку. Он постепенно приближался к горловине. Несколько раз в тумане мелькнули спины драконов. Похоже, кроме пеших егерей, были и верховые.

Не делая попытки сблизиться с Мефом, Тобул усмехнулся и перебросил клинок в левую руку. То ли он сообразил, что расклад невыгоден, то ли вспомнил о яросе, который не пощадит никого из оставшихся. Меф спокойно наблюдал за его движениями, и в первую очередь за положением ног.

Именно они первыми выдадут рывок. Остальное произойдет слишком быстро.

– Я не пытался тебя обидеть, наследник мрака, – сказал Тобул.

– Ты влез в мои мысли, – упрямо повторил Меф.

Он давно понял правило: если не оберегать свое внутреннее «я», через короткое время оно исчезнет и станет каким-то общим «мы». Разболтанной дверью, которую даже незнакомые люди будут открывать ногой.

Не извиняясь, Тобул кивнул на своих спутников – с протазаном и «утренней звездой».

– Это Фид и Вирий. Не удивляйся, что они молчат. Им подрезали языки и прижгли раскаленным железом, – пояснил он.

– За что?

– За неудачную шутку. Мы стали спорить, в какое минимальное количество пинков можно прогнать старину Лигула через счетный зал Канцелярии. Он довольно длинный, этот зал. Я считал, что две тысячи пинков нужно как минимум… Фид и Вирий думали, что меньше. Кто-то донес. Гвардейцы прилетели на драконах, внезапно.

Уже через полчаса Фиду и Вирию вырезали языки. Я был ранен в горло. Моего языка они не тронули. Думали, что я умру, но я выжил… – сказал Тобул.

Теперь Меф понял, почему у него такой гнусавый голос.

– После этого случая мы много тренировались. Даже спускались в Нижний Тартар. К сожалению, у нас не было такого учителя, как Арей. Зато было много других. Я всегда хотел сразиться с тобой и убить тебя, Буслаев. Ничего личного. Просто чтобы доказать, что я лучший, – продолжал Тобул.

Меф оценил откровенность, попутно сделав кое-какие выводы о личности своего возможного противника. Тобул, по классификации Арея, был скорее «спортсмен», чем «убийца». Разница в бою невелика, но все же чувствительна. Это разница в целях. Спортсмену нужна победа, а врагу – твоя смерть.

– Тогда сразись с Ареем или Хоорсом. Они сильнее меня, – предложил Меф.

– Хоорс убит, – быстро сказал Тобул.

– Знаю. Но мастера не умирают, пока живы их ученики.