До второго потопа. Сага «Ось земли». Книга 5

Будете раскидывать карты?

– Да, но карта будет одна.

Данила вытащил из кошелька и положил на стол маленькую фотографию Бобровского.

Рыков мельком взглянул на нее и спросил:

– Чем может заинтересовать государственную службу этот окурок?

– Как Вы нелестно отзываетесь о своем контакте.

– Господин Булай, у Вас неточная информация. Окурок не является моим контактом. Открою небольшую тайну. Когда-то он вместе с Борисом Абрамовичем пытался поставить меня на колени. Но при этом играл роль невинного шута, которого заставляют делать гадости.

Хотя я знал, что это не так. Недавно он объявлялся у меня с повинной. Дело проще пареной репы. Негодяи такой породы частенько пытаются прилипнуть к людям, которым раньше гадили.

– Зачем вдруг Вы ему понадобились?

– Точно не знаю. Но думаю, не в личных целях. Скорее всего, ему для чего- то надо найти точку опоры среди русских в Праге, а кроме меня у него никого нет.

– Какую точку опоры?

– Понятия не имею. Спрашивал, не устрою ли я к себе в бюро его человечка, разумеется, не безвозмездно.

Я ему отказал.

– Это может быть связано с Березовским?

– Вы что, охотитесь на Бориса?

– Упаси Бог. Чур меня.

– Вот что, товарищ Булай, Вам не следует здесь долго задерживаться. Сейчас уходите из бюро и больше здесь не появляйтесь. Я не хочу неприятностей с местными властями. А в понедельник приезжайте ко мне в Братиславу. Там спокойнее и я выслушаю Вас. Но ничего не обещаю. Вот вам моя визитка.

– С чего такая лояльность к представителю российского государства?

– Я не люблю говорить на такие темы. Приезжайте.

* * *

Братислава – не Прага. Небольшой город на берегу Дуная уступал чешской столице в монументальности своей архитектуры и в количестве исторических шедевров. Но он также принадлежал в свое время к Габсбургской империи и носил на себе ее следы. Уютная и зеленая, усыпанная цветниками, с красивейшими зданиями театров и старинных особняков, Братислава завоевывала душу и создавала особое умиротворенное настроение.

Булаю нравилась Братислава, куда более близкая русской душе, чем Прага. Словаки говорят на языке, более понятном русским, чем чешский, их быт и песни во многом напоминают быт и песни западных украинцев. Хотя нельзя обольщаться особыми иллюзиями. В недавней истории между нашими странами бывали и весьма неприятные страницы. Булай и Рыков встретились теплым летним вечером в кафе на берегу Дуная.