Сага о мятеже на «Баунти» и об острове Питкэрн. Том I

Блай настоял на 18-месячном запасе для «Баунти». И трюмы шхуны начали заполняться.

Ячмень и пшеница, мука и горох, концентрированный солод и хлеб в галетах, соленая говядина и головы сыра, лимонный сок и квашенная капуста, сливочное масло и так называемый «сухой суп» (сегодня эти брикеты мы бы назвали бульонными кубиками), жир для жарки и уксус, вино и виски, дешевое пиво и пресная вода – все это в громоздких бочках, бурдюках и ящиках переполняло и без того тесные закрома «Баунти».

Кроме этого, на борт доставили несколько живых кур, овец и свиней.

Все это хозяйство должно было находиться под бдительным оком судового эконома, по совместительству – капитана корабля, лейтенанта Уильяма Блая.

5. Прочее

Сэр Дж. Бэнкс, как и Блай, был на Таити и прекрасно знал, что туземцы обожают торговаться и обмениваться всяческими товарами и безделушками. Специально для подарков местным жителям Блаю дозволили потратить целых ?125[8 - По нынешним ценам – $6250.].

Закупили почти тысячу фунтов (400 кг) 3-, 6- и 10-дюймовых гвоздей и костылей, 234 дюжины разнообразных стамесок, зубил и долот, 14 дюжин топоров различных размеров, 4 дюжины ручных пил, по 10 дюжин сверл и «грубых плоских напильников», 9 дюжин рашпилей, 4 дюжины ножей с деревянными рукоятками, 80 фунтов дешевых бус из белого, синего и красного стекляруса, 14 дюжин трех- и шестипенсовых ручных зеркал, серьги-«капельки» из разноцветного стекла в количестве 22 дюжины, различные ткани и одежду, головные уборы, обувь и прочее, прочее, прочее… Впоследствии все эти предметы станут прекрасной универсальной «валютой» в Южных Морях.

Сказать, что «Баунти» была перегружена – не сказать ничего.

В общей сложности на переоборудование и закупки было потрачено $3306166 (по нынешним ценам).

Экипаж

«…Команда на Боунти была сборная, частию с купецких судов, разный сброд…»

В. И. Даль «Остров Питкерн» (1831)

Параллельно с подготовкой судна шло укомплектование экипажа.

Надо сказать, что с наступлением мира в 1783 году в запас было уволено более 80% всех офицеров военно-морского флота. Несколько тысяч специалистов, по сути, оказались безработными. Кому-то (как, например, Блаю) повезло – некоторые перешли в торговый флот, но все равно большинство офицеров оставались не у дел.