Сын боярский

Площадь у Козьмодемьянского храма была самой большой в Запсковье, но, несмотря на это, здесь не было ни одной торговой лавки, дабы не затруднять проезд через мост, ведущий в центр Пскова. Исключением из правил был местный кабак, который, понятное дело, стоял костью в горле у всех священнослужителей города – даже сам архиепископ просил его снести, но сделать это было никак нельзя, ибо доход с сего питейного заведения, как, собственно, и всех подобных, шел напрямую в государеву казну, а ссориться с царем, как известно, себе дороже.

В итоге доходило до смешного: священник, отец Алексий, во время службы увещевал не ходить в кабак, а многие горожане, выслушав проповедь, выйдя из храма, немедленно направлялись проверить свою стойкость к зеленому змию, но, как правило, проигрывали в этой борьбе. Так что люди, уставшие за день от трудов праведных, тянулись сюда во множестве, даже приходилось выставлять столы на улицу, дабы удовлетворить всех желающих. Этот вечер исключением не стал, и я, пришедши к кабаку, вынужден был потратить немало времени, чтобы найти товарищей.

Мы заняли стол в дальнем углу кабака – не самое хорошее место, но лучше, чем на улице. Кроме меня и Сергея с нами сидел Алексей да еще трое из другого десятка нашей сотни: десятник Иван Николаевич да его подчиненные Андрей и Прохор. Вообще, надо сказать, в кабаке было много детей боярских из разных сотен, в основном, конечно, зажиточных, но встречались и худые вроде меня. Иван со своими людьми был не из бедных, но этим старался не выделяться – одевался в хорошую, но неброскую одежду, и люди в его десятке старались соответствовать своему командиру, да и в общении он был прост, чего не скажешь об Андрее, который считал людей беднее себя и ниже родом чуть ли не холопами.

Иван же был убежден, что раз ты сын боярский и дворянин, значит, брат по оружию, и делить промеж собой нужно поровну. Кроме того, он считал, что честный и правильный поступок сродни боевому подвигу, но этим качеством обладал и мой десятник Сергей, который, конечно, уже рассказал о сегодняшнем происшествии в хвалебных тонах.

– Это ты хорошо сегодня поступил, – обратился ко мне Иван, уже явно во хмелю, – не каждый нынче нуждающимся помочь в беде готов, особенно если у самого в кармане пусто. Надо бы тебе за это кружку пива поставить.

– Я ему уже поставил, – сказал Сергей, – сейчас принесут.

– И что с того? Пускай еще принесут.

– Спасибо большое, но я ничего такого не сделал… – ответил я.