Сын боярский

– Спасибо, Василий Дмитриевич. Сейчас воды лошадям дам и приду.

Зайдя в дом, я выложил из-за пазухи хлеб на стол, туда же поставил крынку молока и пошел на общую кухоньку за кружкой. Там я застал Никитку, слугу Влада, он же, увидев меня, позвал своего хозяина.

– Ну что, Василий, на торге я не спрашивал, там ушей много, а дома вопрос я тебе задам. Что там с вашим походом, ведь, насколько я понимаю, сотник тебя за этим вызывал? – спросил Влад.

– За этим. Но рассказать тебе не могу: приказ был дан молчать об этом деле.

– Значит, сотник дал добро?

– Не он, а кое-кто другой, а вот кто, я тоже сказать не могу по той же причине. Так что, извини, порадовать тебя новостями не получится.

– Понятно… – задумчиво сказал Влад. – Ну тогда могу пожелать тебе только удачи.

– Спасибо, Влад… Я пойду отужинаю, а то пора бы уже, – немного соврал я.

– До завтра, Василий.

– До завтра.

Войдя в комнату, я закрыл за собой кухонную дверь, и в это время как раз зашел Данилка.

– Садись за стол, поешь немного, – сказал я, наливая в кружку молоко.

– Спасибо, – поблагодарил Данилка, но, заметив только одну кружку, спросил: – А вы разве не будете есть?

– Нет, я в гостях уже поел, но за заботу спасибо.

Данилка взял четвертину хлеба и разломил его пополам – один кусок он положил за пазуху, а второй принялся есть.

– С сестрами потом поделюсь, – пояснил он.

– Ты хороший брат и сын, раз так заботишься о семье. Кстати, как вы сейчас поживаете?

– Благодаря вам неплохо, хоть хлеб иногда едим, а не только кашу.

– Молодец…

Данилка с жадностью голодного поедал свой кусок хлеба, а я смотрел на него и вспоминал себя – десятилетнего, постоянно недоедавшего сына боевого холопа. Как же мне тогда хотелось есть, но матушка постоянно твердила, что я, как и отец, буду воином (богатырем) и должен приучать себя к терпению. Хотя, повзрослев, я понял, что голод у нас на Руси испытывают все, ну разве что кроме царя, но на то он и царь.

Доев свой кусок хлеба и выпив кружку молока, Данилка засобирался домой.

– Спасибо, Василий Дмитриевич, за все, – сказал он, поклонившись мне, стоя в воротах.

– И тебе спасибо за помощь, – ответил я. – А знаешь что? Оставайся-ка ты у меня в услужении и после возвращения Иванко. Только сразу предупрежу, что в ближайшее время мне надо будет уехать, и ты останешься на хозяйстве.