Сын боярский

После этого он зашел в кабак и через несколько минут вышел в сопровождении пяти своих знакомых. Не знаю, как остальные, но я был разочарован, ибо думал, что людей будет больше.

– Ну вот и мои товарищи из уезда: братья Георгий и Глеб Фёдоровичи, Афанасий Петрович, Ярослав Георгиевич со своим послужильцем Сенькой, – представил своих друзей Иван, а затем назвал им наши имена.

– Хорошо. Закончили представления, – сказал Радим. – А теперь скажите мне, пожалуйста, у кого-нибудь из вас есть деревня поблизости?

– У меня в четырех верстах отсюда есть деревенька, – отозвался Ярослав.

– Ну и замечательно. Значит, все мы сегодня ночью у тебя погостим, там же и обговорим наш дальнейший путь.

– Я гостям никогда не отказываю и всегда рад, но все же вас много, и мне сложно будет всех разместить и накормить.

– Нам бы только крышу над головой, а еда у нас с собой имеется, как-никак не погулять вышли, – сказал Иван.

Все согласились с таким утверждением и, подождав, когда наши новые товарищи сядут на своих коней, мы под колокольный звон Борисоглебской церкви двинулись в путь.

Из-за предчувствия скорого отдыха у нас поднялось настроение, которое передалось лошадям – они как будто стали быстрее идти. Оно и понятно: еда и тепло после целого дня, проведенного под дождем, обрадуют кого угодно. Я же был больше рад, что наконец-то смогу обсохнуть, а то у меня уже вода из голенища сапог выливается (как бы не разболеться в самом начале похода).

Прошло немного времени после того как отзвучал последний звон церковного колокола, и мы увидели в отдалении деревушку Ярослава.

Она действительно оказалась небольшой: всего четыре избы с дворовыми постройками и, как мы узнали позже, проживало там четырнадцать крестьян (это вместе с детьми). В общем, деревенька походила на мою собственную с одним лишь отличием – пахотной земли здесь было больше.

Первым в деревню въехал, как и положено хозяину, Ярослав и постучался в первый дом справа. Из него вышел дородный мужик, видимо, староста деревни, и, быстро поклонившись, выслушал приказания своего хозяина, а он, в свою очередь, собрал людей.

После этого вокруг закипела работа – из двух хлевов перевели скотину в амбары, предварительно их подготовив, а затем вычистили и натаскали сена для нашего ночлега, то есть сделали пригодным для человеческого бытия жилища животных. Немного поразмыслив, мы решили перевести всех своих лошадей в один хлев, а самим расположиться в другом (не спать же в самом деле нам в одном месте).