Русские на рубеже эпох

В этой суматохе они так и не свозили бабушку Женю в родную её сердцу Ольховку, куда они с дедом Андреем брали каждое лето маленького Димитрия. Наобещали только! Зато Димитрий с Таней летом побывали на море.

Обсуждали планы на осень. Тане также предложили аспирантуру. Ксенофонтов пребывал в неопределённости – идти ли к таниному отцу на завод, который стал теперь акционерным обществом, или всё-таки в комитет экологии. Димитрий готовился сделать Тане предложение, вопрос давно уже висел в воздухе. Жили они, практически, как муж и жена.

Конечно, её неожиданный отъезд в Америку повлиял на Ксенофонтова, он немного обиделся. Но кто не сталкивался с женскими капризами? А сейчас Таня рядом. Они уже во второй раз проверили чувства.

Самое начало осени. Они идут с Таней по Покровке – старинной улице города, недавно переименованной. Ей вернули дореволюционное название, сделали пешеходной. Во времена СССР она называлась улицей Свердлова. Город также переименовали из Горького в Нижний Новгород.

– Дима, нам нужно поговорить, – Таня свернула в их любимый сквер.

– Я как раз тоже собирался! – улыбнулся Димитрий. На нём новый костюм, в котором он сам себе очень нравился. Самое время сделать предложение.

– Я долго думала, милый, – Таня провела рукой по лацкану, как бы огладила.

– Я тоже!

– Нам нужно расстаться.

– Что? – не понял Ксенофонтов.

– Ты же слышал! Ты думал не об этом?

Димитрий ошеломлён. Он не исключал этого варианта после таниного отъезда.

Но сейчас, когда всё складывалось само собой! В голове пронеслось: «Может быть ответить ей, что он также хотел это предложить? Момент удобный, можно всё повернуть, чтобы не пострадало самолюбие! Но нет. Самолюбие уже пострадало! Чтобы сохранить лицо? Но Таня хорошо его знает. Наверное, лучше, чем он её… В той книге, которую я так люблю, отношения мужчины и женщины имеют иной психологический фон». Вслух сказал правду:

– Нет. Я хотел сделать тебе предложение!

– Теперь передумал? – попыталась свести на шутку Челышева.

– Считай, что сделал!

Димитрий стоял перед ней высокий, возмужавший, хорошо одетый и надёжный. Таня это очень ценила. Она была умной девушкой. Как-будто ещё немного раздумывала. Лицо сосредоточено. Без лишней косметики. Не очень высокая, но стройная. И любимые брючки, только теперь не здешние, а купленные за океаном.

– Я это очень ценю, но принять не могу, – сказала она твёрдо. В уголке глаз показались слёзы.