Преданная любовь

Далее была показана фотография погибшей. Сомнений у меня больше не было. Это была та самая Катя, невеста рыжеволосового посетителя офиса Команды. События последних нескольких дней моментально пронеслись в моей голове. Светящийся от счастья рыжеволосый человек, стальной голос Ника, звонок сотрудницы из дворца бракосочетаний и мой идиотский ответ ей.

Этого не могло быть, но это случилось. Мой любимый стал причиной смерти двух людей, а третьему человеку сломал жизнь. Задумался бы он хоть на время или передал бы это всё на усмотрение Командора, и трагедии бы не случилось.

В этом случае через месяц две пары могли бы встретиться в храме брака и любви и, возможно, стать друзьями. Мы могли бы встречаться домами и наблюдать, как подрастают дети в наших семьях. Но у рыжеловолосого и его миловидной Катюши всего этого уже никогда не будет.

И внезапно я поняла, что не имею права на семейное счастье с Ником. Он не мог уклониться от своей рекомендации Командору.

Он мозг Команды, и поэтому её интересы стоят для него выше всего человеческого. Его членство в этой организации – моя заслуга. Следовательно, я также несу ответственность за происшедшее. Внезапно мне вспомнился наш разговор с ним в машине по пути к бабушке. Может быть, это был его последний рубикон, может быть, он ждал моего совета, доброго совета любимой женщины. А я промолчала.

Из раздумий меня вывел повернувшийся в двери ключ. Это Ник вернулся. Он посмотрел на меня и, видимо, понял, что что-то не так.

Мне не хотелось откладывать наш разговор.

– Ты убийца, – сказала я ему.

Он не оправдывался, а только молчал. Когда мой словесный запас иссяк, я пошла собирать свои вещи. Ник продолжал молчать. Я двинулась к выходу, и только в этот момент он попридержал меня за плечо.

– Утро вечера мудренее. Нельзя садиться за руль в таком состоянии.

– В этом случае ты принесёшь своей Команде ещё одну жертву. Отпусти руку, меня тошнит от твоей физиономии, – был мой ответ.

Больше Ник не чинил мне препятствий, и я ушла. На середине пути к родительскому дому стало понятно, что моя тошнота имеет отнюдь не виртуальный характер. В конце пути, вспомнив некоторую свою женскую хронологию, я сделала вывод, что Ник действительно имеет прямое отношение к моему недомоганию. Ужас объял меня. Парадокс судьбы: моё желание стало явью в тот момент, когда это было совсем не ко времени.