Хроники несчастных

Колодка, повисшая на щиколотках, ногу обхватывает плотно. С двух концов изогнута в широкие усики с пропущенным через них коротким железным стержнем. С правой стороны у него шляпка, не дающая проскользнуть через усики, а с другой продет замок. Сомкнуты концы плотно, зазор минимальный.

Аня не сводит с меня глаз. Ждет моей реакции, помощи. Надеется, что я придумаю план побега и мы немедленно приведем его в действие, только вот у меня пока нет ни единого соображения по поводу того, что делать.

– Эй, ты, псих! – ору я в потолок.

– Не надо, Руслан! – Аня смотрит на меня огромными от страха глазами и трясет головой. – Ты можешь его разозлить.

– И что?

– Он болен… Не надо, я прошу тебя…

– Да мне плевать! – яростно воплю я. – Этот урод меня разозлил!

– Я не хочу умирать, Руслан! – взмаливается Аня со слезами в глазах. – Нужно как-то выбираться отсюда…

– Эй, помогите! Нам нужна помощь! Слышите? – кричу я в узенькие оконца под потолком.

– Никого тут нет, неужели ты не понимаешь? – Аня ощупывает лицо, чтобы понять, где оно болит сильнее. – Никто нам не поможет.

– Хрен ему! – я в сердцах сплевываю на пол и снова обращаюсь к потолку. – Хрен тебе, слышал? За нами скоро придут!

Окна здесь маленькие, небольшие, но вытянутые. Через них не выбраться наружу, хотя… Аня, возможно, могла бы.

Дверь широкая, массивная, с большой круглой деревянной ручкой. Вроде заперта на замок.

– Сколько времени? Как долго я… спал? – мне нужно хоть в чем-то сориентироваться. Не в местности, так во времени.

Ощущение словно вышел из многолетней комы.

Аня налегает на замок и цепь, тужится, хочет расшатать кольцо, кричит, нервничает, но у нее тоже ничего не получается.

– Аня, ты слышишь меня?

– Что?

– Как долго я был без сознания?

Это она во всём виновата. Из-за неё вы здесь.

– Часа три… – отвечает она, бросая цепь на пол и закрывая лицо руками.

В углу стоит небольшая печь с уходящей наружу трубой.

Мы здесь надолго?

Нам предстоит зимовать в этом подвале?

Лампочки в потолке или какого-либо другого источника света нет. Светло только благодаря солнцу, проникающему через форточки. Настолько высоко посаженные, что кроме неба с наших матрасов в них ничего не видать.

Ночью будет тьма кромешная.

– Ты говорил про какие-то документы, – уточняет Аня.