Меч Сапфиры

Хуже всего – он не обнаружил ни её одежды, ни сумочки. Не осталось ничего. Он был совершенно один. Леот подошел к туалетному столику Рины и заметил лежащую на нём смятую бумажку. Он развернул её и, вытерев слезы, увидел одно единственное, написанное странным почерком, слово.

Лу-Ла замолчал и оглядел присутствующих. Судя по всему его рассказ произвел впечатление. В обеденном зале повисла тишина. Было слышно, как за окном пели птицы и стрекотали цикады. Первым молчание нарушил Игорь:

– И какое это было слово?

– Куендра, – ответил Лу-Ла.

– Куендра? Что это значит?

– С одного из языков переводится как «средоточие», «центр». Я не знаю, что это значит.

– Да какое это имеет значение? – вмещалась в их диалог Лора. – Скажи лучше, как нам теперь тебя называть? Лун Лапприо? Или Леотил Патто?

Лу-Ла промолчал. Он уставился в свой бокал, словно рассматривал что-то на дне.

– Бедная Рина, как ты мог так с ней поступить? – продолжала Лора, – ты сам хоть понимаешь, какую ты нанес её душевную травму? Давно это было? Почему мы не знаем твоего настоящего имени?

– Оно не настоящее… – тихо сказал Лу-Ла, – когда я встретил Рину, то выдумал первое попавшееся имя и назвался им.

Я думал, что это будет мимолетный роман. Я даже не догадывался, что это будет любовь с большой буквы.

– Ты так сильно её любил?

– Да, Лора, я и сейчас её люблю. Ты же сама видишь. Сколько лет я не заводил ни с кем отношений? Вот именно.

– А как всё красиво начиналось, – вздохнула девушка, – не зря ты работаешь чтецом.

У тебя хорошо получается. Выходит, она очень на тебя обиделась.

– Обиделась, конечно, – сказал Лу-Ла, – но не настолько, чтобы уничтожать Сапфиру или Щит. Тут что-то другое.

– Может ты и прав, – вмешался в разговор Рей, – но прояснить ситуацию может только она сама. Нам нужно её найти.

– Ради встречи с ней, я готов на всё. Мне так нужно сказать ей… – Лу-Ла замолчал на мгновение, – мне так важно сказать ей, что я её люблю. И прошу прощения.

Стоящий неподалёку Дайкин выронил поднос.

Сидящие за столом повернулись в его сторону и обомлели. Дворецкий начал меняться. Черты лица его преобразились, волосы стали длиннее и вот это вовсе и не старый добрый Дайкин, а молодая и красивая девушка.

– А где Дайкин? – только и смог спросить Рейджинальд.

– С ним всё в порядке, ваше величество. Разрешите представиться: моё имя Рианола Крио.

– Я уже имел удовольствие вас видеть, – сказал король, – должен сказать – вы изрядно меня напугали.