Сакральный футбол

Как подошел к Андрею с конвертом и толстой пачкой долларов.

– Вы хотите дать мне денег?

– А тебе что, они не нужны? Мне сказали, что ты на развалюхе какой-то ездишь. Купи нормальную машину. Погаси свои кредиты. И больше не влезай в это болото.

– Вы все обо мне знаете, – засмеялся Андрей.

– А ты как думал! Не лаптем щи хлебаем. Реши свои проблемы.

Он положил деньги в конверт, который сразу же распух, и отдал Андрею. Андрей, чуть помедлив, взял деньги и положил в сумку.

– Спасибо! Спасибо вам!.. Я очень, очень рад, что мы понимаем друг друга… Давайте сыграем в эту игру.

– Да! Давай! Мы сыграем! Мы русские люди! Двум смертям не бывать, одной не миновать – так, кажется? Жуть, как ты меня раззадорил!

Последний фрагмент, который всплывал в памяти Андрея, который как бы выкадровывался из всей этой длинной мизансцены, была секретарша, точнее ее взгляд. Она его просто пронзила им. Она не знала, кто он и зачем он нужен Падину, но по лицу шефа считала, что состоялась какая-то очень важная договоренность…

Дома Андрей долго сидел на кухне, пил чай, курил, сбрасывал напряжение.

Он прокручивал состоявшийся разговор с Падиным, фрагмент за фрагментом; он прокручивал также свое старое «кино», как он начинал футбольный проект тогда, в лагере. Он вспоминал, как по команде Болта на изрытое рытвинами, клочковатое поле вышли двенадцать угрюмых, разновозрастных, озлобленных мужиков. Они все были худые, ослабленные постоянным курением, алкоголем, а двое крепко сидели на игле. Когда он высыпал из рваного пакета два стареньких футбольных мяча, они стали ржать, и незлобно, но тупо материться. Они почти забыли, как когда-то гоняли мяч во дворе. Они пришли просто ради любопытства – чтобы понаблюдать, как облажается Французик – так они прозвали Андрея за его утонченный, почти субтильный облик, правильную и почти безматерную речь; за движение мысли, которые они улавливали в его нетипичных для лагерного планктона глазах…

Что он мог им сказать тогда? Каким образом можно было их заставить тренироваться? Это казалось невозможным.

Для начала он им сказал такие слова:

– А что мы, собственно, потеряем, если погоняем мяч? Подвигаемся на воздухе… Что, все в бараке сидеть?

Они организовали на поле два квадрата и стали перепасовываться. О какой технике можно было говорить в приложении к ним? Мяч вообще ни у кого в ногах не держался. Но через некоторое время он все же втянул их в казавшееся им совершенно дурацким занятие: кто больше начеканит правой ногой.