Удивительное рядом, или тот самый, иной мир. Том 2

Ему тут же с язвительной улыбкой ответил Дорокорн, только и ждавший, когда этот несчастный задаст хоть какой-нибудь вопрос:

– Как это, что делать? Вот скажи мне на милость, почему ты всё время ждёшь указаний? Ну, подумай хоть разочек сам! Нам ведь нужно встретиться с лесными людьми, чтобы составить план совместных действий. Знаешь, каких именно, или напомнить?

Юриник утомлённо вздохнул, закатил глаза и медленно повернулся в сторону говорившего:

– Надоел ты мне со своими нравоучениями… ох, и допрыгаешься у меня сегодня, чует моё сердце! Вот встретимся с людьми леса, обязательно попрошу их воздействовать на тебя.

Чтобы ты стал моим слугой, а ещё лучше – служанкой, тогда хоть твой звонкий голосок переделывать не придётся!

– Ладно, хватит язвить, давайте вызывать лешего или лесовика. Они должны знать, где искать лесных, – урезонил спорщиков Дормидорф.

Он встал и, отойдя немного в сторону, заговорил:

– Лесовик, явись, коль слышишь меня!

Так он повторял несколько раз, потом некоторое время ждал, потом опять повторял и ждал, повторял и ждал.

Мы, честно говоря, уже отчаялись увидеть лесовика. Жаль, конечно, но, видимо, опять придётся иметь дело со зловредным обманщиком лешим. Похоже, что и дед не желал терять надежду увидеть именно лесовика и упрямо продолжал звать его. Неожиданно налетел резкий порыв ветра, Дормидорфа аж закачало из стороны в сторону, как в песне тонкую рябину. Вокруг деда взвился вихрь из хвои, пожухлых листьев и травинок, разметав полы его плаща.

Ветер так же резко стих, как и начался, и… ничего. Вопреки нашим ожиданиям никто не появился.

Дормидорф негодующе развёл руками и с сожалением проговорил:

– Я знаю, что лесовики живут очень долго. Местный самый старенький и дряхленький из них и, вполне возможно, что у него, к моему глубочайшему сожалению, неприятности со слухом, потому он и не слышит, как мы его тут даже не вызываем, а вежливо просим явиться!

Не смотря на эту маленькую хитрость ничего не изменилось, никто не появился.

Но Дормидорф и виду не показал, что расстроен. Он терпеливо продолжал:

– Надо же, какая неприятность! Неужели правда? Я уже давно слышал, но не верил, думал, кто-то наговаривает на честных и трудолюбивых лесовиков. Будто в одном дальнем лесу лешие, псы шелудивые, отобрали-таки у горемычного и старенького лесовичка всю силу и огромную власть его над лесными угодьями! Отобрали, собаки, и стали сами править тем несчастным лесом!

И опять тишина.