Дневник провинциального сыщика. Почти документальная повесть

– Моментальная смерть! – чуть ли не в открытую смеется у него за спиной «Петрович», а парень, цепляясь за соломинку, получив новую надежду, срывается со стула в заботливые руки оперов и во весь голос кричит:

– Выпивал! Выпивал! Утром выпивал! Почти целую бутылку водки выпил!

– Не гони! – осаживает его Игнат. – Ты всю ночь в обезьяннике[20 - Обезьянник (разг.) – комната временно задержанных или другое помещение для ограничения свободы.] просидел.

– Я не вру, – падая на колени перед «Петровичем», умоляет домушник, – мне передали, век воли не видать!

– Кто тебе передал, – издевается Игнат, – если у тебя подельников нет? Мама, что ли, принесла в лукошке? Эту брехню ты для фраеров прибереги.

– Сожительница принесла, – не сдается домушник.

– Проверить бы надо, – как бы в растерянности предлагает «Петрович», но Игнат непреклонен:

– И проверять нечего! Лепит горбатого, как будто мы лохи какие… Коли, док, только время теряем.

– Ааааа! – раздирается парень. – Почему у вас шприц использованный?

– Какой есть! – продолжает издеваться Игнат.

Опера поднимают бьющегося в истерике домушника, усаживают на прежнее место, оголяют спину, а «доктор» делает вид, что сейчас запустит иглу в ход, смачивая влажной салфеткой лопатку. Игла слегка прикасается к телу…

– Нет, не надо! – визжит домушник. – Я так все скажу!!! Не надо, прошу!

– Да все равно уже ампулу потратили, – добивает его Игнат, – коли, Петрович!

Боясь не успеть, парень скороговоркой перечисляет клички, имена, фамилии.

Вопросы сыплются один за другим, так, что он едва успевает отвечать. Все это время «Петрович» держит шприц наготове, а когда все замолкают, как бы удрученно замечает:

– А ты спрашиваешь, почему шприц использованный, – с вами, правдолюбцами, разве когда до дела доходит…

Выйдя покурить с одним из молодых оперов, Климов восхищенно замечает:

– Лихо вы его!

– Это что, – усмехается опер, – малый этот еще не шибко крепкий попался! Однажды уголовного авторитета-грузина раскалывали – ни в какую! До ночи досиделись, из сил выбились, а он хоть бы что! Позвали Игната.

Тот прикинулся пьяным, в кабинет вбежал злой и с ходу начал орать:

– Что вы с ним возитесь?! Сейчас я его опущу!

Схватил задержанного, положил на стол лицом вниз и начал штаны снимать.