Серые будни богов

Ножки у добротной мебели выдержали, но по столешнице зазмеилась трещина. Хи ун Фай в своем углу выругался, но вмешиваться не спешил. Притихшие было посетители таверны загомонили.

– Сильный, – Крэйвен как-то даже немного протрезвел.

– Вот именно, – Пепел брезгливо смахнул с себя осколки, перемешанные с чем-то съестным. Демонстрация силы Грома прикончила остатки еды, разметав их окрест. – Ну а ты чем можешь похвастать? Перегаром?

По таверне прокатилась волна хохота. К разговору давно прислушивались в каждом углу.

Пепел и Гром встали, собираясь на выход, но Крэйвен и не думал отступать:

– Зато я быстрый.

Вместо ответа проходивший мимо Гром его неожиданно подсек, и не успел Крэйвен свалиться на пол, как его просто сгребли в охапку. Уже через мгновение он висел на плече у гиганта, как какая-нибудь глупая косуля, подстреленная удачливым охотником. Попытки сопротивляться ни к чему не приводили. Руки и ноги были крепко зажаты. Гром вышел из таверны, и любопытные гости высыпали за ним следом. Интересно же, что будет дальше.

А дальше Крэйвена самым постыдным образом сгрузили в поилку для лошадей.

– Вот вода, быстрый иннол, – прогудел над ухом Гром. – Твоя стихия? Извини, что так мало.

Дурман из головы почти выветрился. То ли от злости, то ли от ледяной воды. Крэйвен по-прежнему сидел в корыте и зло отплевывался. Вокруг вовсю заходились от смеха свидетели его позора.

– А знаешь, что? – Пепел подошел к мокрому и жалкому Крэйвену и отечески похлопал по щеке. – В качестве «мяса» ты, пожалуй, сойдешь.

У быстрых шансы есть. Только ты трезвым приходи.

Букмекер с компаньоном уже давно ушли, а Крэйвен все никак не мог прийти в себя. Во рту стоял привкус крови. Наверняка разбили губу.

Бубня ругательства себе под нос, Крэйвен выжимал мокрую рубаху. Воображение подбрасывало все новые и новые картины, как он, Крэйвен, лихо мстит обидчику, а толпа смеется над поверженным Громом, и Пепел признает, что был не прав. Признает, что Крэйвен таки отличный боец.

– Господин цел? – Толпа зевак вернулась в помещение, а на улице остался только хозяин заведения.

– Цел! – зло отрезал Крэйвен. – И теперь у меня есть еще один серьезный повод напиться.

– Не надо, господин, – Хи ун Фай говорил с искренним сочувствием. Не как торгаш, которому лишь бы платили. – Лучше ходи спать.

– Брось, Хи. Это царапины. Лучше скажи, что он имел в виду под «мясом»?

– Такие, как Гром, не сразу друг друга бить, – даньген задумчиво пожевал губу, подбирая слова.