Мой город 6. История Марьи и ее путешествие во времени и пространстве

 – Почему Вы так говорите?

– Эту пациентку действительно зовут Алиса. – сказал он, и с недоумением добавил. – Но она не говорит с рождения.

Я удивилась:

– С рождения? – я недоуменно посмотрела на Алису, и не веря сама себе, вопросила. – Не может быть.

Из дневника Марьи «Философское размышление»

Вскоре Павел привез меня домой. Было уже поздно. Впрочем, не то что поздно, а очень поздно. Большая стрелка на циферблате стояла на двенадцати, а маленькая на часу. Что касается секундной стрелки то она все время бежала и бежала вперед.

Секунда, бежит и не останавливается никогда. Порой ее можно просто замедлить, но остановить – никогда. Вы спросите, почему мы приехали домой так поздно? Просто Павел по дороги домой завез меня в ресторан, где мы отлично поужинали и обсудили дальнейшею мою работу в центре инвалидов. Итак, приехав домой, я увидела Лику сидящею на диване. Ее лицо выражало неподдельную злость и в то же время недоумение. Она, как и все женщины – матеря не могла понять, как можно было так начхательское отношение ни к своей дочери и бесцеремонное неуважение к ней с моей стороны. Она ругала меня как только могла. Произносила слова, которые я даже и не знала, что Лика эти слова знает. Наконец, высказав все что она обо мне думает, Лика успокоилась, глубоко и облегченно вздохнула и строго с не пренебрежением бросила: «Где была?» – Я объяснила Лике, что я ужинала с Павлом. Что мы осуждали дальнейшую мою работу в детском центре инвалидов. Также я обмолвилась об Алисе. Одной из моих подопечных. Я рассказала Лике о моем разговоре с ней. Что она сказала мне, что есть иные измерения. Измерения, в которых мы живем совсем иной жизнью чем в этом мире. Впрочем, никто не знает наверняка, в тех иных измерениях жизнь лучше или хуже? Но в одном я была солидарно с Алисой: «Если можно изменить судьбу путем перемещения в прошлое, я это сделаю». – Правда я до сих пор не понимала, что Павел имел в виду, когда сказал мне: «Эту пациентку действительно зовут Алиса. Но она не говорит с рождения». – «Впрочем, это было сейчас совершенно неважно. – так я считала тогда. – Кто может сказать, что человек безумен если не он сам. Только сам признавшись себе в этом, человек становится гением, и можно его всю его жизнь лечить от его безумие, и ложить каждый раз, когда у него по мнению докторов возникает этот приступ безумие, факт остается фактом. Человек по своей сущности ни безумен. Безумным его делает общество в котором он живет».