Встреча или другая реальность 2: Они всегда рядом

Никуда от него не деться. Никуда не сбежать. Эмма знала это, она знала, что хоть все сложилась так как оно есть, могло б еще измениться. Любовь, сладкое слово для женщины и секс для мужчины. Две противоположности его начало. Его сущности.

К Эмме подошла ее дочь, осторожно спросила:

– Что за письмо?

Эмма протянула своей дочери Нине письмо. Сказала:

– Оно написано на английском. Прочти.

Она отдала письмо дочери, а сама зашла в комнату.

Прочтя письмо Нина подумала: что сейчас много отдала, чтоб только увидеть лицо Карлы.

Она что хочет? Это шутка? Неуместная и жестокая шутка. Нина вошла в комнату. Ее мать сидела в кресле, курила, смотрела телевизор. Она была раздражена. Чувствовалось что Эмма на взводе, она вот-вот обрушит свой гнев. Он вырывался из нее. Вот-вот и произойдет нервный срыв.

– Подонок! – слышала Нина тихий голос своей матери. – какой же он подонок.

Нина подошла к ней, осторожно спросила:

– Ты в порядке?

Ее мать смотрела в точку. В точку в пустоте. В пространстве времени реальности.

Ее бесконечной пустоте. Спокойная и умиротворенная. Безмятежности и внутреннего противоречия. Она сказала спокойным и уравновешенным голосом:

– Знаешь, я совсем не сержусь. – ее тон разговора был покоен, но в его нотках чувствовалась напряженность. – все верно, так и должно было быть. – она сделала паузу, затянувшись смогом сигаретного дыма и с наслаждением его выдохнув продолжала. – я в полной… эта сука еще смеет смеяться надо мной. Она смеется надо мной, – повторяла она снова и снова.

 – она хотела уколоть меня и ей это удалось. – она сделала паузу. – что ей мало, ей мало? Что ей еще надо?

Она говорила, а Нина слушала, внимая каждому слову своей матери. Она как могла успокаивала ее выбирая слова так, чтобы ее мать очнулась после этой как ей казалось насмешкой.

Что ни говорить это было ужасный весь день. Казался он никогда не кончится. Нервный срыв, больница, успокоительные. Вот весь день. День которого лучше не было. День, который запомнился Нине надолго.

Когда я рассказала об этом Кате, та не могла поверить, что такое произошло. Что такое вообще возможно? Это было не мысленно. Так поступить. Катя сказала:

– Кто бы мог подумать, что такое возможно. Можно подумать, что эта насмешка. Вот попользовалась, а теперь я поняла, что эта мне надоело, а теперь можешь забирать. Разве так делают? Разве так поступают? Я не понимаю таких людей. Как подло. Подло и противна.

На душе скребли кошки. Нам обоим было тошно.