Если небо молчит

 – Спасибо вам…

Старшая медсестра терапевтического отделения Тамара Игнатьевна – суровая, жидковолосая, сухая, как палка, пятидесятилетняя дама, – отнеслась к новенькой с повышенным интересом.

Однажды она заявилась в сестринскую раздевалку в тот самый момент, когда Маргарита, совершенно нагая, раскладывала белье в своем шкафчике. Тамара Игнатьевна заперла комнату на ключ и, сложив руки на груди, уставилась на девушку. Та смутилась, неловко подхватила полотенце и поспешила в душевую. Старшая медсестра последовала за ней.

– Вам нужна кабинка? – вспыхнула Маргарита. – Я сейчас освобожу…

Вместо ответа Тамара Игнатьевна бесцеремонно развела руки девушки в стороны и с чувством пощупала ее грудь.

– Что вы?.. Зачем?.. – пролепетала та, холодея от страха.

– Помоемся вместе, – хрипло предложила женщина и вмиг скинула с себя одежду. – Я потру тебе спинку…

– Это лишнее, – попыталась возразить Маргарита. – К тому же здесь тесно двоим…

Но Тамара Игнатьевна ее не слушала.

Она втиснулась в кабинку, пустила воду и последующие десять минут мыла смущенную девушку мочалкой и руками, как маленькую.

– Теперь ты! – приказала она, протягивая Маргарите гель для душа и чуть заметно раздвигая ноги. – Намыль меня как следует.

Той ничего не оставалось делать, как, преодолевая робость и смущение, размазывать пену по костлявым плечам и дряблой груди своей начальницы. Тамара Игнатьевна помогала ей. Рукой Маргариты она массировала себе ягодицы, терла у себя между ног, заставляя девушку пальцами глубоко проникать в податливую плоть, и тихонько постанывала.

Через полчаса пунцовая от стыда Маргарита вышла из раздевалки в сопровождении старшей медсестры. В коридоре уже образовалась очередь. Несколько сестер и врачей терпеливо ожидали, пока запершиеся в душевой кабине женщины позволят им, наконец, переодеться. Маргарита втянула голову в плечи и поспешила на рабочее место.

– Не дрейфь, подруга, – приободрила ее часом позже Женечка – рыжеволосая, кареглазая, полноватая девушка лет двадцати.

 – Здесь через такую помывку прошел весь женский персонал отделения. Считай, что наша «вобла» тебя прописала. Теперь ты со всеми одной веревкой… то есть одной мочалкой связана. – И она прыснула беззаботным смешком. – Добро пожаловать в терапию, Риточка!

Так для Маргариты началась работа на новом месте. Потекла череда дневных и ночных дежурств, наполненных заботами и волнениями.