Сорок третий номер…

 – О малыше вспоминают, только когда от него что-то нужно.

– Не обижайся, – улыбнулась она. – Просто у меня большие неприятности, а ты мне можешь помочь. Давай посмотрим с тобой одну занимательную киношку.

Почти три часа они сидели перед монитором компьютера голова к голове, прокручивая снова и снова кадры загадочного фильма.

– Когда ты все успеваешь? – скалился Олли. – И фельетоны писать, и в кино сниматься!

– Не отвлекайся, – хмурилась Кира. – А лучше прокрути-ка еще вон ту сцену. А этот кадр распечатай.

Куусинен запустил принтер.

– Дашь автограф? – куражился он. – А то у меня после тебя никогда ничего не остается.

– Как? – притворно удивилась Кира. – А запах духов, а теплые воспоминания?

– И еще эрекция, – добавил Олли.

– Ну, про это мне неведомо. – Она сдула со лба прядь и вдруг посерьезнела: – Стоп! Верни-ка предыдущий кадр!

На экране застыла картинка, и Кира, приблизив лицо к монитору, внимательно ее рассмотрела.

Женщина в кадре стояла у стены.

Ее красивое лицо изображало муку, глаза были страдальчески возведены вверх, а губы кривились в отчаянии. Очевидно, только что прозвучал фатальный выстрел, изменивший ее судьбу. Открытые плечи забрызганы кровью, а пистолет в руке безвольно опущен.

– Давай увеличим, – попросила Кира. – Насколько возможно.

Олли пощелкал «мышью».

– А еще?

– Дальше уйдем в расфокус, – объяснил он.

– Попробуй, миленький! – взмолилась Кира. – Ты ведь все можешь.

– Знаешь, – усмехнулся Куусинен, клацая клавишами, – был такой фильм Антониони, шестидесятых годов… Там фотограф при помощи многократного увеличения снимка сумел обнаружить убийцу.

Ты того же добиваешься?

– Возможно. – Она закусила губу. – Давай, еще крупнее!..

– Нужно переформатировать изображение, – развел руками Олли.

– Переформатируй! Сам говоришь: даже в шестидесятые такое было возможно, а уж при нынешней технике!..

Виктор нервничал. События последних дней выбили его из колеи.

Работа не ладилась, начальство намекало, что четвертую звезду на погон он получит еще не скоро, кривая раскрываемости на грязном куске ватмана в его кабинете неумолимо ползла вниз и уже почти слилась с осью координат. А на душе творилось и вовсе форменное безобразие. Он даже вспомнить не мог, когда последний раз в нем с такой силой боролись оперативник с любовником. Чувства к Кире вспыхнули вновь, и потушить этот пожар могло только время. Немалое время.