Сорок третий номер…

 – Эта жестокость не укладывается в ее образ, в ее письма…

– Но ведь и старуха на острове убивает всех подряд, – возразил отец. – Наверное, там… – он воздел глаза к потолку, – свои законы…

– Высший закон – один, – жарко запротестовала девушка. – И он известен людям.

– Как бы там ни было, мы получили знак. Неприятности и беды сыпятся одна за другой. Ты еще не все знаешь, дочка… – Он неохотно потянулся к ящику секретера и достал из него газету. – Это сегодняшний номер «Петрозаводск Daily».

Кира схватила печатный лист со знакомым логотипом и похолодела.

На первой полосе иудиным поцелуем чернел заголовок: «СМЕРТЕЛЬНАЯ КИРАмантия. Самонадеянная журналистка подозревается сразу в двух убийствах!»

Буквы поплыли перед глазами, а в сердце ледяной болью обрушилось отчаяние.

– Нет!.. Только не это!.. Они не могут так со мной поступить!..

«Удивительное дело, – ерничал автор статьи, – как слава и мнимый успех способны кружить людям головы. Но это полбеды. В их адском арсенале – метаморфозы посерьезнее.

Погоня за рейтингом и деньгами нередко заканчивается железным лязгом тюремных засовов…»

Кира почти не дышала.

«Журналистка нашего издания, еще вчера дразнившая умных и порядочных читателей байками про сокровища острова Хойту и старуху в саване, убивающую людей, теперь сама решилась на убийство! Когда падает рейтинг и популярность, а потная ладошка уже привыкла к высоким гонорарам, остается идти ва-банк…»

Слезы закапали на газетный лист, размывая злые, черные строчки.

«Убийству вообще нет оправдания, а уж убийству ради интрижки – подавно.

Наша Кира вызвалась вести журналистское расследование преступлений, которые сама же и совершила. Чем не блесна для доверчивого и всеядного обывателя? Пользуясь своей схожестью с актрисой, исполняющей главную роль в фильме, который рискует провалиться в прокате, она подкарауливала свои жертвы возле кинотеатра и пугала их зловещими предсказаниями. Возможно, поначалу это выглядело просто дурацкой игрой – праздной и глупой, но потом детские страшилки показались Кире цветочками. В ее руке блеснул револьвер. Она перешла к ягодкам…»

Газета дрожала в ее руках, а из горла рвался наружу хриплый стон.

«Журналистка заигралась в мистику. Ее гадание по шершавой ладони успеха превратилось в по-настоящему смертельную хиромантию. Ей невдомек, что она в ответе за гибель студентов, по-мальчишески наивно поверивших ее россказням про сокровища острова. Ей непонятно возмущение коллег и презрение общества.