Трейдер

Аукционы государственных облигаций проводятся инвестиционными банками, первичными дилерами, которые собирают заказы на покупку путем сокращения спроса. Один, сто, тысяча, миллион заказов: все равно, дело не в этом. Механизм тот же, что и в элитных ночных клубах. В субботу вечером: очереди искусно создаются и мастерски управляются вышибалами в рубашках с рукавами и галстуками, отвечающими за регулирование очереди. Неважно, что клуб пуст, тем более, что вечеринка только началась. На самом деле, возможно, этой вечеринки вообще не будет.

Важно убедить всех, что оно того стоит: «ждите, делайте ставки, рискуйте». Убедите их, что перед входом всегда будет готов торговец, предлагающий лучшие товары. То, что приз будет уникальным и неповторимым. Таким образом, скептицизм превращается в ожидание, ожидание в желание, сомнение в уверенность. Создай иллюзию, продай иллюзию и держи процент.

Финансы – это ежедневная война, которая ведется шаг за шагом. Виртуальная встреча лицом к лицу без лиц, от которых Антонио уже давно устал.

Устал смотреть на зеленые и красные свечи во время разговора по телефону. Устал стоять в очереди. Он мечтал оказаться в другом месте, и это желание росло с каждым шагом, когда он вышел из банковского здания и обнаружил себя на Лиденхоллском рынке в Лос-Анджелесе, город посылал укусы холода, заставляя его чувствовать себя не в своей тарелке. Лопнул пузырь ностальгии. Антонио не мог определить место или время, в котором он оказался. Даже возникал вопрос: может ли этот холод стать признаком преждевременного старения? Ведь ему тридцать восемь, и он уже чувствовал себя старше своих лет. В течение, по меньшей мере, двадцати лет он жил, рассчитывая вероятности и делая на них ставки. Он обитал в красивом доме в Лондоне, был счастлив. Теперь уже нет. Даже в последние пару дней, после того как Джей сообщил ему, что настала его очередь, он стал одним из пяти крупнейших финансовых игроков Европы.

Когда джазовая музыка на преувеличенной громкости возвращает Антонио к реальности, общее видение поражает его, как пощечина.

Джей, опираясь на табуретку, ловит его взгляд. В рубашке с рукавами, с ослабленным галстуком на открытом воротнике, он жестом зовет его подойти ближе. Рядом с ним Кевин, его доверенный человек, грузный остинский мастиф, способный любую сделку, даже самую незначительную, превратить в смертельный поединок. Он разговаривает громко и оживленно жестикулирует. Его круглое лицо уже залито алкоголем, живот выпирает из спортивной куртки.