Метро 2033. Последнее убежище (сборник)

Странная манера речи – словно уговаривающая, с доверительными (с чего бы вдруг?) интонациями. Обменявшись с Директором парой фраз, Макс невольно начал гадать – откуда мы с ним знакомы?

Прием. Очередной дешевый психологический прием.

– И это тоже, – сказал Директор. – Вас ничего не удивляет? Может, у вас есть вопросы?

Макс усмехнулся.

– Ну же! – подбодрил Директор.

– Я думал, здесь одни коммунисты.

– Верно, – согласился Директор после паузы. – Раньше так и было. Мы не отказываемся от своих корней… Но мы, настоящие питерские коммунисты, не можем стоять на месте.

Нам нужно развитие. Остановка развития – это смерть, а мы не можем себе такого позволить.

– Но зачем вам туннель в Москву? Это ведь бред, честное слово. Вы вроде умный человек…

Директор улыбнулся.

– Именно.

– Так, – сказал Макс, глядя на бывшего коммуниста с новым чувством. – Вы и не рассчитываете добраться до Москвы?

– Знаете, Максим Александрович… скажу вам по секрету – только между нами. Если мы завтра каким-то чудом дороемся до Москвы, то сразу же начнем новый туннель…

Макс прищурился.

Интересная постановка вопроса. Перспективная.

– И куда же?

– Да куда угодно. В Нью-Йорк. На Луну – почему нет?

– Но – зачем?!

– Великая цель не может быть выполнимой. Понимаете, Максим? Иначе это уже не великая цель, а – тьфу. Временный успех.

– Тогда зачем нужна эта цель? Нам выжить хотя бы.

Директор покачал головой.

– Выживание – это непродуктивная цель, Максим. Как бы вам объяснить… Возможно, вы слышали: раньше, задолго до Катастрофы, люди отправлялись в экспедиции.

Северный полюс, Южный. Если что-то случалось – а всегда что-то случается, это закон Мерфи – они возвращались обратно. А еды уже в обрез. Полярная ночь, мороз, чтобы согреться, надо хорошо кушать. И тогда начиналось самое простое и самое очевидное. Понимаете, Максим? – Директор выдержал драматическую паузу. – Когда единственная цель – выживание, главным становится вопрос: кого мы съедим следующим.

– И что делать? – Макс с интересом посмотрел на Директора.

 – Людей-то не изменишь…

Директор помолчал. Взял со стола блестящий стетоскоп, повертел в пальцах, снова положил. Поднял взгляд на Макса.

– Вы думаете? Возможно, люди не виноваты. Возможно, люди просто больны.

* * *

– Или плохо воспитаны. Иногда я думаю, что весь мир – сумасшедший дом, Максим Александрович.

Макс прищурился.

– И вы решили взяться за его воспитание?

– Мне пришлось, – сказал Директор скромно.