Метро 2033. Последнее убежище (сборник)

Звяканье кандалов.

– Свежа на удивление… – еще удар. – От туфелек до бу-ус…

Он перевел дыхание.

– Как приглашение, – он закашлялся, сплюнул, – на о-очень странный блюз…

Андрей Гребенщиков. Легион последней надежды

Не хватает людям чудес.

В дефиците бог виноват.

Поклонись ему, помолись —

Выторгуешь вдруг благодать.

Искупленье – странный процесс,

Если ты не поп, а солдат,

Ведь свою короткую жизнь

Лишь однажды можно отдать.

Даже будь полшанса из ста,

Небеса пропасть не дадут.

Бесполезны пряник и плеть,

Вся надежда лишь на «авось».

И задача вроде проста —

На решенье тридцать минут:

Как бы так тебе умереть,

Чтоб другим пожить удалось?[2 - Стихотворение Майка Зиновкина.]

Палец продолжал давить на спусковой крючок, но вместо грохота выстрела донесся лишь мертвый стук бойка. Клац! Автомат выплюнул последний патрон и замолчал. Человек в исступлении посмотрел на предавшее его оружие. Зловещее рычание, такое близкое и неотступное, заставило его отвести взгляд от беспомощного АКМа.

Голодные звери, почти уже загнавшие свою одинокую жертву… Жажда крови, предвкушение близкого пиршества в каждом рычании.

Кто прежде был властителем мира, ныне стал звеном в пищевой цепочке новых его хозяев.

Человек попятился. Трясущимися руками перехватил автомат за ствол, взяв его на манер дубины. Угрожающе прочертил дугу перед собой:

– В очередь, твари!

Однако голос дрогнул, и вместо грозного боевого клича из горла вырвался только сиплый шепот.

Слаборазличимые во тьме бестии не спешили, словно впитывая страх, источаемый жертвой, наслаждаясь ощущением близкой смерти, охватившей двуногого. Образовав полукруг, они медленно наступали с трех сторон. Человек затравленно обернулся, пытаясь понять, куда загоняют его ночные охотники. За спиной пустырь, лишь вдалеке силуэты пятиэтажек… не успеть, не добежать. Еще один короткий взгляд назад. С левой стороны, метрах в ста, обнаружилось здание совершенно удивительной формы – широкий, приземистый фасад, увенчанный по бокам округлыми башенками, а по центру из мощного основания вырастает высокая стреловидная надстройка, рвущаяся к небу.

Что-то смутно знакомое… но липкий ужас застлал глаза, а сознание, вопящее лишь об избавлении от кошмара, не дало зыбкому, неуловимому воспоминанию ни единого шанса. Автомат выскользнул из ослабевших рук, и крик отчаяния, наконец, вырвался на свободу.