Шармута

Оставалось еще примерно четыре часа до тренировки, и я написал Любе, что зайду, пока есть время. Закинул нужные вещи в портфель, убрался дома и пошел к ней. Хотелось просто увидеть ее, поговорить о чем-нибудь, хотелось просто к ней. На улице было холодно, падал снег, но все было терпимо.

Обычно, перед тренировкой я заходил к хорошему знакомому, с которым вместе занимался, мы выходили вдвоем, по пути встречали еще одного знакомого и вместе шли. Конечно, все было на уровне легкой разминки, чисто для поддержания себя в форме, что, в принципе, хорошо удавалось.

В тот день я позвонил и сказал, что приду сам и меня можно не ждать.

Я спустился в метро, дождался поезда и, слушая музыку, доехал до нужной станции. Так получилось, что Люба жила в одном из трех или четырех абсолютно одинаковых дворов, что осложняло первые пару раз найти ее дом. Конечно, можно было запомнить номер дома, но запоминал я обычно ненужные числа и, соответственно, нужные из памяти всегда куда-то пропадали.

После первых неудачных попыток я все-таки запомнил номер дома и несколько раз приходил к нужному месту, но звонил на телефон и говорил, что опять не могу найти ее место жительства.

Люба выходила из подъезда, перезванивала и говорила, что у меня топографический кретинизм, а я смотрел на нее и чему-то радовался.

Теперь по порядку, я подошел к домофону, снова позвонил Любе и спросил номер ее квартиры. Уже разозлившись, она сказала на какую кнопку нажать, и впустила меня в подъезд. В подъезде по мне пробежала волна этого приятного чувства, когда после холода ты входишь в теплое помещение.

Я поднялся на четвертый этаж, и предо мной открылась дверь. На пороге стояла девушка в красном бархатном костюме, с растрепанными волосами и красным лаком на ногтях ног и рук. Где-то во мне возникло чувство, что еще до того, как откроется дверь, я скажу про себя, что-то типа «пусть она будет в…» и перечислю все то, как сейчас выглядела Люба. Она улыбалась, но взглядом говорила, что уже устала ждать и неплохо, если бы я не был таким тормозом.

Я вошел в прихожую и снял верхнюю одежду. Квартира была небольшая, а если быть более точным, она была однокомнатная. Около стенки стоял диван, на который я тут же упал, чтобы просто прийти в себя. Оставалось еще часа два, что значило, что у меня есть где-то час двадцать, до того, как нужно было выходить. Из кухни донеслось:

– Ненавижу «Макфа»!

– Почему?

– Они долго варятся.

Это был способ начать разговор.