Эзотерик. Вздох

Чуть освещает кровать и позволяет увидеть силуэты мебели. Что же тут не так?

Ещё раз обхожу комнату по кругу, уже медленнее. Касаюсь стола – пыли нет, покрыт лаком. Не то. Открытый шкаф, полный книг и шкатулок. Провожу пальцем по корешкам книг – ничего. Встаю в центре комнаты и закрываю глаза. Слышу. Пожалуй, да, это оно.

Неспешно подхожу к часам. Старые часы-ходики, обычные настенные механические часы, слегка обшарпанные, что видно, даже несмотря на темноту. Такие странные. На самом деле свет ночника до них почти не добирается, но притом я отчётливо их вижу.

Странно тикают.

У нас дома тоже есть старые большие механические часы, так что я знаю, что первый «тик» должен быть сильным и чётким. Потом пауза, второй тише, и следующий сразу за ним – тихий шум, еле слышный, почти неразличимый, если специально не прислушиваться в полной тишине – это третий «тик». И так до тех пор, пока хватает завода пружины.

А эти звучат не так – чуждо. Четыре чётких удара на цикл. Тик-так-так-тик. Повторение.

Невозможный ритм для механической конструкции. Невозможный для часов. Но ведь это и не часы?

Протянутая рука замерла на полпути, когда часы начали осыпаться на пол невесомой пылью. Но, не долетая до него, песчинки останавливались в воздухе, создавая плоскую фигуру человека, вытянутого вертикально. Один в один как тень на закате или рассвете – длинная, ломкая и явно угрожающая.

Нескладный гигант стоит безмолвно, нависая надо мной. Если бы он выпрямился, то по грудь вошёл бы в потолок.

Моя цель. Я чувствую его, сгустившееся давление ощутимо вжимает меня в пол.

– Что ты делаешь с этим человеком? – задаю я первый вопрос.

Модулятор не реагирует. Возможные свидетели из числа людей не услышали бы моего вопроса. Общение ведётся за пределами звука.

– Забираю своё, – прошелестел дух всем телом.

Начало положено, давление держать стало проще.

– Что ты забираешь?

– Своё время. – Он придвинулся к девушке, её дыхание стало громче и ощутимо ускорилось. – Раньше у меня его было много, и я собрал ещё больше.

Так много, что не смог удержать, и оно перехлестнуло через меня, разлетевшись каплями по свету. Схлынуло, как волна, ненасытно пожранная сухим песком. Растеклось ручьями, ушло в другие воды. Испарилось. Каплями упало на землю, на воду, на небо, на огонь, на мёртвых и на живых. Я вновь собираю своё время, как и всегда. Я горел, я падал, я был и не был, и я всегда возвращал своё время, удерживая всё больше и больше.