S-T-I-K-S. Рихтовщик. Пешка в чужой игре

По полу цеха с черепашьей скоростью ползли вперёд две параллельные линии конвейера. На одной из них сейчас стоял я, возле продырявленного кузова «Газели». На второй линии тоже была «Газель» с парой копошащихся возле неё работяг. Но тот фургон уже почти добрался до конца цеха, и от работающих там парней меня отделяло расстояние в добрую сотню метров.

– Опять на работу датый пришёл! – продолжил наезжать заскочивший на мою ленту скандалист. – Кэмел, у тебя уже было последнее предупреждение! Всё, моё терпенье лопнуло!

– Да не Кэмел я.

– Мля! Двадцать лет был Кэмелом, горя не знали, а теперь «У меня имя есть», – передразнил мужик и, заметив рваную дыру на борту фургона, аж затрясся от бешенства.

– Мать моя женщина! – оттеснив меня плечом от «Газели», он ощупал края вспоротого металла, открыл дверь, заглянул в салон и исследовал повреждение изнутри.

Пока осматривал, сбоку от мужика загорелись зелёные строчки, точь-в-точь, как висящие рядом со Шпорой:

Заражённый Митрич

Статус: Потенциальный пожиратель биомассы

Уровень: 0 (Пустыш)

Опыт: 0/10

Убийств – 0

Поглощено биомассы, кг – 0

– И чем же ты, чудила недоделанный, такую беду сотворил? – по новой насел на меня Митрич, закончив осмотр.

– Этим вот, – отбросив обломок второй ручки с проводом, я обеими руками приподнял Шпору за первую рукоять.

И был приятно удивлён лёгкости, с которой удалось это проделать.

Подтверждая свой брутальный вид, Шпора весила килограммов десять, не меньше.

Проверяя неожиданно открывшийся талант силача, я убрал с рукояти левую руку и даже не удивился, когда Шпора даже не дрогнула, оставшись в одной правой.

– Что за хрень ты мне под нос суёшь?!

– Рихтовочный аппарат.

– Мля, Кэмел, ты сегодня до инфаркта что ли довести меня вздумал! Какой, к чертям, это аппарат?!

– Шестизубый персональный…

– Всё, чудила, достал! – перебил мужик, схватив загнутый конец Шпоры у основания вращающейся пилы, и резко потянул на себя.

Признаюсь, я не был готов к такому повороту. Рывок застал меня врасплох. Но ладонь и пальцы правой руки словно приросли к ручке Шпоры, так что вырвать у меня аппарат Митричу не удалось ни с первого раза, ни со второго, ни с третьего…

– Митрич, ты чего! – возмутился я, хватаясь левой за издёрганную кисть правой руки.