Путь проклятых

И поспешил домой, к ждавшей меня Элис.

Надо было серьезно объясниться с девчонкой – но когда, старательно заперев за собой дверь, я вошел в комнату, все заготовленные по дороге фразы мгновенно вылетели у меня из головы.

Моя Эльвица ждала меня в кровати, совершенно обнаженная, приняв позу, явно высмотренную в каком-нибудь «Плэйбое» или «Пентхаусе».

Она меня соблазняла!

И, надо сказать, делала это весьма успешно: я едва удержался от того, чтобы немедленно не сорвать с себя одежду и не прыгнуть к ней в постель.

– Хорошо смотришься, – с голосом я все же не совладал, и он прозвучал более сипло, чем обычно. – Некрофилией, значит, решила заняться? – я грубил ей намеренно, но ничего у меня из этого не вышло.

– Думаешь, обижусь? – она подмигнула мне – знаю, мол, что у тебя на уме, и знаю, какой ты «целомудренный». – И не надейся! Лучше лезь в постель, и займемся наконец тем, чем положено заниматься влюбленным.

– Чтобы спать с вампиром, надо хотя бы школу закончить! – строго заявил я, уже сдавшись, но все еще по инерции сопротивляясь.

Ну не хотел, не хотел я ломать ей жизнь – но она сама сделала свой выбор!

Я заставил свое лицо посинеть, дал проступить трупным пятнам, обнажил в кривой ухмылке пожелтевшие клыки: когда я захочу, я могу выглядеть и так.

– А я как раз сегодня последний экзамен сдала! – ничуть не смутившись, сообщила мне с кровати Эльвира. – Ты еще о родителях моих вспомни. Я им до лампочки! Сказала, что замуж выхожу – так они даже внимания не обратили! Решили, что я пошутила! В общем, хватит меня запугивать – я тебя уже всяким видела.

Прекрати этот маскарад и иди ко мне! – скомандовала она – и я, махнув на все рукой, подчинился. В конце концов, если она так хочет, то почему я должен сопротивляться? Видит Бог – я сделал все, что мог!…

Я был у нее первым – но она была горячей и страстной, как будто уже знала толк в любовных играх. Ей было больно – но я мгновенно снял эту боль – уж на это-то моих способностей хватило! Я плыл в волнах ее тепла, купаясь в них, и я чувствовал, как бесконечная нежность к ней растворяет что-то в моем закоченелом и заскорузлом от крови мозгу, как я словно оттаиваю, и тело мое становится теплым… На мгновение мне даже почудилось, что у меня бьется сердце.

А потом все произошло само собой: знакомая, трепещущая в ожидании голубая жилка под бархатистой кожей, мой нежный, совсем легкий поцелуй, почти незаметная ранка…

Ей не было больно.