Драма Дель Арте

, служил кастеляном старый Панталоне. Господин его – человек сколь влиятельный, женившийся в свое время на дочери самого Дожа, столь и благочестивый – полностью доверял старику. В ведении кастеляна находилось все хозяйство, и челядь боялась Панталоне как огня – он запросто мог любого вышвырнуть на улицу. Даже слуги самих хозяев никогда не вступали с ним в пререкания. С утра и до ночи сгорбленный Панталоне ходил по скрипучим лестницам палаццо, опираясь на свою длинную палку. Стук палки сопровождался позвякиванием громадной связки ключей от всех дверей и помещений здания.

Всегда одетый в чёрный плащ, с седой узкой бородой и свисающими вниз побелевшими усами, он более всего походил на чернокнижника, который злыми чарами околдовал хозяина и теперь упивался своей преступной властью над всем дворцом. Панталоне без устали подгонял служанок, болтающих на лестнице; делал замечания уже немолодому садовнику Джузеппе, шикал на посыльных. За его спиной челядь из молодых потешалась над ним и строила ему гримасы, но в лицо никто никогда не перечил. Однако более всего от Панталоне доставалось юной сироте Лучинде, работавшей на кухне. Девушка выросла во дворце и с детства помогала своей матери Кристине, которая также была кухаркой и умерла два года назад. С тех пор будто какая муха укусила старика – он словно специально караулил Лучинду, чтобы сделать ей замечание по малейшему поводу. Если она убиралась на кухне, то Панталоне отчитывал ее за плохо вымытый пол; шла она на рынок, так он обязательно ругал ее за купленные рыбу или овощи; он придирался к любой другой мелочи вроде взгляда или улыбки. Уж сколько раз кухарка Коломбина, единственная кто решался с ним спорить, вступалась за бедняжку, доказывая, что рыба и овощи хороши, а пол на самом деле чистый. Кастелян ничего и слышать не хотел. Однако по-настоящему он впадал в ярость, увидев, как Лучинда любезничает на канале с гондольерами или Бригеллой, слугой господина Ф. Гондольеров он осыпал проклятиями, а на Бригеллу однажды бросился, размахивая своим посохом. Такое пристальное внимание старика к Лучинде не могло укрыться от слуг, и довольно скоро по дворцу поползли слухи о том, что Панталоне просто по уши влюблён в девушку. А почему бы и нет? Он овдовел пять лет назад и вполне мог бы жениться снова. Служанки, оказавшись на кухне, хихикали, заслышав звон связки ключей или стук палки:

– Ой, Лучинда, мы пойдём, а то вон твой ухажёр идёт. Не будем вам мешать.