Моя девушка – оборотень

 – Не смей мне больше звонить, вампир недоделанный.

Горан отмахнулся. Время убивать своих жертв давно прошло, да и вызвало бы большие подозрения. Это вам не 18 век.

– Повернись, – попросил он.

– Ну, что тебе еще… – голос девушки дрогнул, когда она уставилась в его глаза, свернувшие красным блеском.

– Сейчас ты все забудешь, – мягко проговорил он. – И придешь снова через неделю.

Хлопнула дверь в прохожей и наступил тишина. Горан снова рухнул в кровать и облегченно выдохнул. Убивать было бы проще. Последние капли крови жертвы, когда она издает последний вздох и душа отделяется от тела, самые вкусные.

Но как говориться, что имеем, то имеем. Приходится мириться с законами того общества, в котором ты живешь.

Страх снова шевельнулся где—то глубоко внутри, когда он уставился в белый потолок. Воспоминания о тяжелой плите нахлынули на Горана. И так каждый день. Кто—то из людей как—то сказал, что если у вампира нет души, то ему не может ничего сниться. Но никто не предупреждал, что животный страх замкнутого пространства останется с ним навсегда.

Горан боялся спать в гробу. Насмешка природы. Превратившись в вампира, он забрал с собой эту ужасную фобию, которая превратила его в ужасного параноика. Он не мог долго находиться в закрытом помещении, в большом скоплении людей. Страх быть запертым был настолько сильным, что он терял контроль над собой и вырубался. В этом состоянии он был беззащитным как младенец и поэтому всегда предпочитал одиночество общению.

Вампир— клаустрофоб, что может быть хуже.

Когда мастер, укусивший его, узнал о его болезни, он в ужасе замахал руками и отрекся от него.

Горану пришлось выживать одному. Научиться осторожности, быть всегда начеку. Потому что, в любой момент он мог брякнуться на землю и потерять сознание на пару минут, пока вампирский организм снова восстанавливал мертвые клетки.

Он научился выбирать безлюдные места, вдали от больших городов, где мог жить, не боясь конкуренции со стороны других вампиров. И пока те дрались за власть, Горан потихоньку строил свою империю.

Он ездил по деревушкам выбирал сильных мужчин и обучал всему, что знал сам. А знал он много. Ремарк, Фрейд, Кастанеда, это лишь малая толика того, что он прочитал о душе. Его комнаты были заставлены картинами Пикассо и Сальвадора Дали. Он обучал своих братьев не только боевым искусствам, которые приобрел на улице, но вбивал в их деревенские головы, что путь вампира, это следующая ступень развития человека.