Ангарский сокол: Шаг в Аномалию. Ангарский Сокол. Между Балтикой и Амуром

Когда на них с криками и гиканьем налетели их прямые конкуренты по промыслу, большинство казаков ещё спали, на ногах были только несколько кашеваров да незадачливая пара дозорных. Толком не проснувшиеся казаки лишь глазами следили за чужаками, не пытаясь заговорить с ними. Хмурятся, черти. Ясно им, что попали к енисейским, да ещё и на их территории. Куда тут побежишь безоружный? Лишь станешь лёгкой добычей гуляющих по Приангарью бурятов или тунгусов.

Коломейцев меж тем уже принялся за кашу, а за ним и Ким отобрал у стоящего столбом казака-кашевара деревянную ложку на длинной ручке, которой тот, видимо, помешивал варево в котелке.

– Ну что, мужики, завтракать было собрались? – Пётр обратился к понурым казакам. – Дело хорошее. Что там у вас? Каша… С мясом. Классно. Так что столпились? Давайте, налетайте, а то потом некогда будет! – Карпинский рассмеялся, кивнув Афанасию на жующих морпехов.

– Нечего им жрать давать, – буркнул Хмелёв.

– Да, ладно тебе, Афоня, дай людям поесть. А мы пока подумаем с тобой, что с ними делать.

– А что тут думать? Гнать их и всего делов. Пущай обратно идут, в свой Красный Яр.

– А раненые? Тебе наплевать, а мне нет. Всё-таки они тоже русские, надо совесть иметь.

– Ой-ли, стали бы они с тобой, Петя, по-доброму заговаривать?

– Ладно, ты чего думаешь-то?

– Раненых на струг, этих – на вёсла и в острог. Думаю, что лучше в ваш. Наш-то поди малой дюже. А заодно и отдарки нашего сотника отвезёшь. На струге ихнем и пойдёте.

– Так и сделаем, Афанасий, – согласился с десятником Карпинский.

У флотского мичмана из головы не выходил контур паруса, виденного им ночью на Ангаре. Значит, вверх по реке уходил на вёслах тот, кто и устроил всю эту заварушку с казаками Хрипунова.

«Двадцать один человек теперь на нашу голову. И что с ними делать прикажете? Нет, что-то Афоня заливает, тащить их всех в наш посёлок – да это просто глупо выйдет. Нет, короче».

– Афанасий, слушай. А может, всех-то не везти к нам, можно только раненых забрать, а эти пускай уматывают?

– А струг впятером сдюжите на вёслах-то?

– Нет, конечно…

– Тот-то и оно.

– А ведь если они сейчас пойдут, то потом сюда ещё казаков приведут.

– Петя, так то твоё дело, ты ужо сам думать должон. Как хошь, так и делай.

Карпинский осуждающе наблюдал, как хмелёвцы деловито стаскивали всё имущество красноярских казачков в одну кучу, а сам Афанасий с блеском в глазах сортировал бочонки с порохом, свинцом, одежду, запасы пищи.