Ангарский сокол: Шаг в Аномалию. Ангарский Сокол. Между Балтикой и Амуром

Если сказать, что Сазонов был изумлён рассказом бывшего мичмана, это будет слишком мало. В душе майора кипел котёл эмоций, в котором было всё: и гордость за мужиков, и восхищение их успехами и фактом того, что остались живы, в конце концов!

– Теперь вы можете вернуться домой, Николай! – воскликнул Сазонов.

Тот ответил не сразу:

– А нужно ли, товарищ майор? После того, что случилось с моей страной, мне будет проще остаться здесь. – Лицо Алексея вытянулось. – Да-да, не удивляйтесь, – усмехнулся Васильев.

 – Жизнь у меня налажена, детишек восемь душ. Всеобщий почёт. Единственно, – замялся Николай, – я смотрю, у вас два рожка в разгрузке осталось, может, презентуете, как и леденцы?

Сазонов, словно заворожённый, отстегнул лямки и с тяжёлым стуком выложил на стол два рожка.

– Наш боезапас вышел уже давно, – пояснил Васильев. – А поддерживать авторитет надо. У меня в нычке два «калаша».

– Так что, вы не хотите возвращаться обратно? – всё ещё не верил майор. – А как же ваши родные?

– Думаю, по прошествии семнадцати лет меня уже не раз оплакали, – ответил бородач.

 – К тому же моя родня теперь – иностранцы, а страна превратилась в сумасшедший дом. Нет уж, мне здесь хорошо и спокойно.

– Николай, у меня ещё вопрос, – Алексей посмотрел на Васильева. – Какие опасности нас могут подстерегать тут: дикие животные, дикие люди?

– Если оборудуете периметр и будете нести караул не так, как мы, – усмехнулся мичман, – то вам ничего угрожать не будет.

Медведь к людям сам из леса не выходит. А местным будет достаточно пары столкновений, чтобы обходить вас за несколько километров, – небрежно махнул он рукой. – Колючка, прожекторы и всего делов.

Поблагодарив собеседника, Сазонов засобирался к оставленным солдатам, скоро уже будет темнеть. Не хотелось, чтобы они пошли искать его. Вот только…

– Я скажу Павлуше, он вас проводит, – упредил его Николай. – Приходите ещё, только захватите патронов для меня. А ещё картошки, – деревенский начальник протянул майору руку и крепко пожал на прощанье.

Майор Сазонов возвращался к своим бойцам с непонятным чувством, словно в его душе что-то надломилось. Возможно, это лишь впечатление от общения с Николаем и скребущее ощущение вскоре пройдёт. Разговор с Павлом Васильевым не складывался на обратной дороге. Мальчишка провёл его к тропинке, ведущей наверх, совсем с другой стороны. Алексей прошёл мимо нескольких амбаров и помещений для животных.