Баллада о тамплиерах

Юноша приблизился и тихонько покашлял, чтобы оповестить о себе. Ювелир от неожиданности сбился со счета, и блестящие монеты, зазвенев, покатились по столу.

– Я не слышал, как ты вошёл, – сказал хозяин лавки.

– Простите, я не хотел застать вас врасплох, уважаемый Бэхор, – виновато ответил молодой человек.

– Мой шампанский друг, мой мальчик! Я рад тебя видеть! Ты решил что-то приобрести в моей скромной лавке? Для истинных ценителей у меня есть особый товар. Это прибыло морем только вчера из Флоренции.

О! Её волшебники знают толк в роскоши, – засуетился радушный хозяин.

– Благодарю вас за столь любезное предложение, но боюсь, что это не по моему достатку. Вы прекрасно осведомлены о том, что лишь одно из этих сокровищ может унять мою страсть, сравнившись своим лазурным сиянием со взором моей несравненной избранницы.

– Ах, это чувство! Будто в прошлой жизни оно было гостем и в моей душе. Я искренне поздравляю тебя, мой юный друг! – вздохнул собеседник. – Сердце любой дамы начнёт биться чаще от щедрости мужчины.

Я знаю в этом толк, поверь. Однако не всякая женщина способна оценить это.

Ювелир поднёс к свету камень великолепной огранки, мгновенно превративший полутёмную лавку в сказочный дворец с мерцающими огнями. Оба залюбовались сиянием.

– Твой подарок равен сотне жалований королевского стражника. Ты либо безумен, либо безнадёжно влюблён. Впрочем, это – одно и то же, – заключил старый человек.

– Завтра состоится турнир. Я непременно одержу победу! – гордо сказал молодой человек и добавил: – Однако не думаю, что, если вы станете раздавать подобные советы, ваше дело будет процветать.

– Ах! Я не старался тебя огорчить. К сожалению, мое дело будет жить и без безнадёжно влюбленных, и даже без меня самого. В этом мире для роскоши и жадности всегда будет припасена широкая скамья, чего не скажешь о чувствах или здравом смысле.

Юноша поклонился и покинул лавку.

Если бы каменная сова на фасаде собора ожила, то она, возможно, мудро вмешалась бы в происходящее.

Вейлор торопился к друзьям. Человек в сапогах из кордовской красной кожи тоже спешил. Эти двое неслись по улочкам навстречу друг другу, чтобы на углу столкнуться лбами. От неожиданности каждый схватился за меч. Тот, что постарше, сообразил, что перед ним совсем мальчишка, поэтому просто повысил голос, чтобы вразумить юнца. В свою очередь, Вейлор не желал терпеть грубый тон. Назревала ссора.