В темноте городских кварталов

Щедрое вознаграждение ждало его у получателя. Сейчас же он на волоске от смерти, и время тянет этот волосок в разные стороны.

– Я сыграю тебе на флейте чудовище, позволь мне сыграть перед смертью. – Произнес Патрик, с дрожью в голосе. Оборотень с интересом посмотрел на него.

– Музыкант на службе у инквизиции? Хорошо, играй же ровно одну мелодию. – Сказал оборотень. Развернувшись, огромное тело село у костра.

Вампир наблюдает за всем что происходит, он заинтересован и удивлен поведением обоих.

Патрик трясущимися руками раскрывает бархатный чехол, в нем аккуратно лежит длинная флейта, он берет ее двумя руками, прижимает к губам, дрожь перебивает дыхание, первые ноты получаются прерывистыми и не попадают в нужный тон, но через секунду, человек восстанавливает дыхание, и начинает играть.

С помощью этого пустого внутри стержня воздух, становится прекрасной музыкой, нежной и удивительно печальной. Такое можно сыграть, когда живешь последние мгновения в этом мире. Мелодия струилась в ночном лесу, так гармонично вписываясь в окружающие звуки, что казалось, будто она всегда, была здесь. Музыка прекратилась, в ушах остается ощущение, чего-то не достающего. Патрик, опустил руки, плечи осунулись, глаза остекленели, с лица пропали эмоции, осталась только грядущая смерть. Оборотень подошел к человеку, положил ему лапу на плечо, от чего Патрик немного согнулся, по нему снова побежала мелкая дрожь.

– Дай мне послание. – Сказал оборотень Патрик мгновенно достал из внутреннего кармана надежно запечатанный пакет, обтянутый красной ленточкой, и скрепленный двумя круглыми печатями.

Дрожащие руки с опаской отдали сверток. Оборотень взял в пакет.

– Я тебя не убью, ты настоящий человек, не мусор, как большинство в вашей расе, поэтому живи. Запомни одно, язык твой скажет про меня, пусть даже вскользь, я вырву его, руки твои напишут про меня, я вырву их. Никому и никогда, даже на смертном одре не говори обо мне. – Оборотень внимательно смотрел на Патрика.

– Наш род трогать тебя и твое семейство не станет, но будем следить.

Ты все понял? – Патрик активно закивал, сил говорить не было, в глазах струилась отчаянная искренность.

Патрик Конскинтос сдержит свое слово. За всю свою жизнь он ничего не расскажет и не напишет о том, что случилось с ним.

Ошеломленный вампир смотрел за происходящим. Он ни разу не видел, чтобы оборотень пожалел человека, это был удивительный опыт, в эту ночь вампир получил пищу для раздумий.