Бар

Я отнес поднос на свое место и приступил к трапезе.

Мясо было волшебное: прожаренное до последнего волокна и сочное, будто пропитанная губка. Ни пережаренной корки, ни жира, ни лишних специй. Аджика дополняла блюдо, придавая ему пикантности. Я умял целый шампур за несколько минут и отвалился на спинку, позабыв о неприятном разговоре, который еще должен был продолжиться.

Здоровяк подошел к моему столику, в руках у него был чек и стакан воды.

– С тебя двести пятьдесят. Вода бесплатно, – его акцент, который я в какой-то момент перестал замечать, вновь явно слышался.

Я тут же достал деньги из заднего кармана и положил на стол.

– Спасибо, было чертовски вкусно.

Он взял деньги и начал отдаляться, но я вновь его окликнул:

– Послушай, я вряд ли смогу удержаться и не посетить вас снова, поэтому хватит этих детских игр. Меня зовут Артур, будем знакомы, – я тянул руку, а он смотрел на меня, обдумывая свои дальнейшие действия.

– Гафу, – кавказец неохотно подошел и пожал мне руку, – но это исключительно из-за Кэти и никак иначе.

– О, Гаф, да ты наступил себе на горло, – усмехнулся старик, попивающий пиво.

– Сидр, старый алкаш, не лез бы ты в чужие дела! – рявкнул кавказец сквозь зубы.

– Я и не лезу. Просто с моего ракурса хорошо видно, что этот парень не сделал и, скорее всего, не сделает ничего дурного. Не стоило устраивать ему этот концерт.

– Ты не отличишь шум прибоя от журчания своей мочи в писсуаре, а теперь на тебя снизошло озарение? Или это просто стадия «семейного психолога», которая открылась после семи стаканов пива?

– Тебе нужно научиться держать себя в руках, Гаф, и постараться забыть про… И жить в обществе, как большинство нормальных людей.

– Я тоже, пожалуй, пойду, – я встал из-за стола, – не скажу, что было приятно познакомиться, но лучше уж закончить на фальшивой ноте, чем вовсе не спеть.

Кавказец анализировал мои слова, когда его внимание переключилось на входную дверь, в которую вошел очередной посетитель. В проеме появились две фигуры: полная пожилая женщина и такого же телосложения мальчик. Ее звонкий голос развеял напряжение, царившее в стенах закусочной.

– Гафу, солнце, мы проголодались.