Замок Орх

У дверей ребят встретила одна из официанток и показала им единственный свободный столик в небольшой нише, устроенной под лестницей. Однако всей компании это показалось очень уютным местом, и они решили расположиться тут.

– Что будут пить наши дамы? – проявил «чудеса галантности» Райл.

– А также что они будут есть? – дополнил приятеля Дофин.

– А что тут можно заказать? – поинтересовалась Аминель.

– А что тут можно заказать? – повторил Форест вопрос Аминель для рядом стоящей официантки.

– Из выпивки есть превосходный эль, сваренный по эльфийскому рецепту, имбирное пиво, яблочный сидр и медовый квас. А я бы посоветовала вам взять жареного поросёнка. Они сегодня очень удались.

– Отлично! – наконец смирился с судьбой Бирли. – Тогда давайте поросёнка, четыре эля нам, а девушкам… – и он взглянул на Аминель и Треллию.

– Мне сидр, – попросила Аминель.

– И мне тоже, – поддержала подругу Треллия.

Девушка-официантка удалилась на кухню, а за столом завязалась оживлённая беседа.

Дофин принялся рассказывать историю о том, как старичок Тигромух на занятии по топологии рисовал по памяти карту южного Амилора и при этом неточно изобразил родную деревню Фореста. А Форест попытался исправить неточность. Тигромух принялся возражать, и их спор затянулся почти на час. В конце концов Тигромух принёс из библиотеки карту и показал Форесту. Но тут Форест сказал, что это его родная деревня и что она так выглядела пятьдесят лет назад. А сейчас выглядит иначе. На что Тигромух рассмеялся и, поблагодарив Фореста, исправил карту.

На всём протяжении рассказа сам Форест постоянно вставлял смешные комментарии и дополнения, причём делал это так умело, что девушки хохотали до упада. Особенно их насмешило, как долговязый Форест изображал низкорослого старичка Тигромуха. Он так потешно семенил ногами, изображая походку преподавателя, что Треллия от смеха буквально скатилась со стула. Она смеялась так искренне и заразительно, что от улыбок не могли удержаться даже посетители за соседними столиками.

Глядя на рыжую девчонку, которая так откровенно и до слёз хохочет над весёлым рассказом, они вначале начинали слегка улыбаться, затем, заражённые смехом, уже улыбались открыто, и затем сами начинали рассказывать друг другу смешные истории и весело хохотать над ними.

Наконец принесли напитки и поросёнка, и за столиком на несколько секунд воцарилось молчание.