Спи, моя радость

Тяжело опираясь, но сел, улыбаясь самым бесстыжим образом, и спросил:

– Ну что? Чем потчевать будете? Что глядите, будто леший я какой?

– Мир! Все ладно? Здоров ли? Как ты?

– Да, мам, кажется, все ладом. Отступила боль проклятая.

При этих словах сначала Вецена, а потом и счастливая мама бросились обнимать его да целовать. И тоже расчихались.

– Это папа ночью намазал тебе лоб, как только собрал росы. А к утру эта штука высохла, – смеясь и не выговаривая букву «р», объясняла сестра – видать, сдюжили новые травы.

Но я думаю, что это мой веночек тебя спас.

Мать ничего не говорила, обнимала сына со слезами радости, а потом ушла молиться в красный угол. Мир вместе с милой, так похожей на брата русой ясноглазой Веценой тоже присоединились к молитве. Скоро собрали стол и исхудавший совсем за недели полного отсутствия аппетита, впервые он уминал блины с маслом и кашей так, что за ушами трещало.

– Не набивай так сильно рот, подавишься ведь, – мягко сказала мама.

– Ну как же, – жуя, парировал он – так лучше вкус чувствуется.

Когда понемногу берешь, будто и не ешь совсем.

И тут же подавился. Но немного. И все снова засмеялись. Напряжение, копившееся так долго, наконец спало. Теперь осталось обрадовать отца с Ярополком.

После еды Мир хотел помочь по хозяйству, но, еще не окрепший достаточно, внезапно заснул, едва присев и прислонившись к большой белой, восхитительно теплой русской печи. Тихонько, чтобы не потревожить сон, родные принялись за свои обычные дела.

Однако что-то все равно помешало запомнить, что же в нем был на этот раз. Мир давно интересовался, как так получается, что, когда спишь, видишь что-то совершенно невероятное, зачастую сказочное. Откуда оно берется это диво дивное, куда уходит, зачем приходит? Все равно все эти видения ничего не говорят. Вещих снов не бывает, а волшебство-колдовство пусть лучше остается во снах. Не хватало только, чтобы вурдалаки да оборотни начали на деревни нападать, а лешие с кикиморами народ честной обманом в чащи-топи заманивать. Как будто проблем и без них мало.

Так и проспал он до самого вечера. Проснувшись, конечно, снова пошел набираться сил. А именно – кушать. Негоже без старших за стол садиться, но таков уж был случай, так надо. Скоро и трудяги с поля домой вернулись, прямо к горячему праздничному ужину. Тяжелее шла работа без Мира, но русы народ крепкий, понимающий. Затянули пояса и делали все, чтобы жить в достатке и благополучии.