На крыльях феникса

– Разрешите мне, грандмастер – попросил Роджер и сделал шаг вперед.

– Исключено. Ловчие требуются во дворце Ордена, – покачал головой грандмастер.

Тогда из-за спин своих собратьев к Сильверу Лайту вышел бородатый и простоволосый паладин. Тобиас Шумейкер. Он был ровесником Роджера, то есть им обоим было меньше сорока, но морщин на лице Тобиаса было много больше и среди его каштановых волос поблескивали седые.

– Я могу, сэр.

– Шумейкер? – удивился Сильвер Лайт.

Паладины за спиной Тобиаса недвусмысленно переглянулись.

– Да, сэр.

– Хауз! – окликнул грандамастер.

Шаг вперед сделал мастер жилистого телосложения.

– Других вариантов нет?

– Нет, грандмастер.

Сильвер Лайт вздохнул. Показалось, что от отчаяния его благородная седина потускнела.

– Значит, решено. Поедет Шумейкер. Но помни, за новопосвященных ты отвечаешь головой и медальоном. Не обижайся, ты храбрый паладин. Но воспитатель из тебя никудышный. Новопосвященные прошли Испытание, но в душе они такие же мальчишки, какими были до него.

Помни об этом, Шумейкер.

– Я не подведу! – уверенно поклялся Тобиас.

– Надесь. Да помогут тебе Людские боги…

– Собратья, не знаю как вы, а я все еще не могу поверить, что стал паладином. Семь лет назад я играл в «Чижа-стрижа» и гонял соседских девчонок, а сегодня, наряженный в доспехи… Весь такой, как это… помпезный! А вы заметили, как на нас смотрели на Победоносном тракте?

Голос светловолосого юноши звучал звонко, как колокольчики.

Он вытащил старшего паладина из пучины воспоминаний. Юноши также оторвались от своих мыслей. Даже тот, который скакал позади. Он, наконец, поднял свою понурую голову.

– Стевин, может люди, простите, народ был разочарован, – предположил долговязый паладин. – И вообще никто не хотел встречать паладинов на своем пути.

– Да брось, – отмахнулся Стевин и демонстративно поправил меч на поясе. – Как можно разочароваться при виде нас? Красавцев? Или мы не паладины великого Ордена Феникса Порядка? Вспомни, какими глазами на нас смотрели миленькие девушки из дилижансов и ты согласишься со мной, Лаитон.

А проститутки и денег бы не взяли.

Началось.

Тобиас никогда не был наставником, никогда не был предводителем. Он был из тех паладинов, что предпочитали охотиться поодиночке. Одиночкой быть намного проще, нечего и спорить. Отвечаешь лишь за свою жизнь.

С молодыми еще сложнее.