Город разведённых женщин

Положил её на большую кровать и упал рядом, сил уже не было, чтобы встать и одеться, я провалился в чёрную дыру.

Проснулся, долго не мог понять, где я нахожусь, лежу голый, на огромной кровати, сильно приспичило, Лены рядом не было. Я, в чём мать родила потихоньку, на цыпочках стал пробираться в сторону туалета. Голова к счастью не болела. Не зря говорил мой друг-химик, что текила богата микроэлементами и если её выпить в меру, то можно всю ночь танцевать на дискотеке, хватит заряда, а если перепить, то лучше не просыпаться с утра.

Значит, выпили вчера в меру. Дверь во вторую спальню была закрыта, но когда я проходил мимо, то услышал за дверью разговор, Лена разговаривала с кем-то по телефону:

– Да, милый, такие они персонажи, один крепыш, мужик, второй алкаш интеллигент…, нет, не снимала, там всё просто, никакого сюжета…, играли, я была прислугой…., нет, не били…, ну и что…, мужик ничего, мачо, но деревянный…, оба натуралы…, да, можно как-нибудь пригласить… .

Дальше я слушать не стал, стараясь не шуметь, пробрался в туалет.

– Вот оно, значит как, мужик-натурал, – думал я, – интересно, куда это они хотят нас пригласить? Надо быть поосторожнее с такими знакомыми.

Сделав дела, я так же потихоньку пробрался в спальню, залез под тёплое одеяло и заснул.

Второй раз я проснулся от рёва в коридоре:

– Дэн, Дэн, ты где? – в спальню ввалился Андрюха, придерживая рукой расстёгнутые джинсы, – Дэн, я что, обоссался вчера?

– Было дело, но ты это, снимай всё обоссаное, сейчас постирают.

– Кто?

– Лену разбужу.

– Не надо меня будить, я уже встала, – из соседней спальни вышла голая Лена, – снимай, постираем сейчас.

– Сохнуть долго будет, – чуть не заплакал Андрюха.

– У меня сушилка, через час наденешь, – сказала она.

– Я пока на кухню, посмотрю, что можно приготовить на завтрак, – я прошёл в ванную, где лежали мои вещи, хотел одеться, но одел трусы.

Голому Андрюхе дали женский шёлковый халат, Лена завернулась в полотенце. Кстати, утром она не выглядела секси, растрёпанная, без макияжа, с крупными лодыжками и чуть отвислой грудью, единственное, что возбуждало – это попка, с наколотой на ней бабочкой.

Я запустил кофемашину, поставил на плиту сковородку, бросил кусок сливочного масла, вбил 6 яиц, посыпал тёртым сыром, заправил хлебом тостер.