Волк. Последнее проклятье наг

 – Почему он не удостоил нас визитом и прислал в помощь лишь свою ассистентку? Или его организм еще нежнее, чем у представительницы слабого пола? – И он презрительно ухмыльнулся.

– Господин Вульф в данный момент занят.., – начал было объяснять Орлов, но мисс Фокс уже порядком доведенная до кипения, словно английский чайник на плите под воздействием огненной желчи Баранова, наконец, не выдержала и дала скопившемуся пару выйти наружу.

– Во-первых, многоуважаемый медикус Баран-оф! – сделав паузу в фамилии наглеца намеренно и исковеркав ее на иноземный мотив, выпалила Аманда, – это не вашего ума дело, чем занимается в данный момент господин Вульф! Скажу лишь, что он занят именно нашим расследованием, но ваш статус не позволяет вам знать всех деталей.

Баранов открыл рот, но Аманда подняла кверху пальчик и продолжила:

– А во-вторых, я не ассистенточка господина Вульфа, как, наверняка, вы меня себе представляете, а он не мой шеф! Мы с ним равноправные компаньоны, делающие работу на равных. Попрошу впредь вырубить это на вашем длинном, вечно всовывающемся не в свое дело носу!

– Зарубить, – машинально поправил Орлов.

– Что?

– Зарубить на носу, яхонтовая моя, так у нас говорят, – объяснил Алексей.

– Знаете, что, мисс.., – побагровев, словно рак в кастрюльке с кипятком, прорычал Баранов.

– Нет, не знаю, и знать не желаю, – фыркнула Аманда и обернулась к усатому жандарму. – Суй-тулов, кажется?

Все еще багровый Баранов в поисках поддержки бросил взгляд на усмехающегося Орлова, но тот лишь покачал головой и показал медику кулак, давая понять, что споры и забавы окончены.

– Сутулов, э-э-э, ваше.., – не зная, как вести себя со странной басурманкой растерялся жандарм.

– Можно просто мисс Фокс, – любезно улыбнулась Аманда. – Так что вы там хотели нам поведать, господин Су-ту-лов? Рассказывайте, хочу видеть картину в целом. И начните с того, кем приходился ребенок старику.

– Слушаюсь, мисс, – кивнул жандарм. – По установленным данным мальчишка – имя Мотя, являлся внуком старика.

Сам же старик Аввакум Абрамович Кацен-елен-боген, – заглянув в блокнот, с трудом выговорил иудейскую фамилию Сутулов, – тфу ты пропасть, язык сломаешь от этих жидовских фамилий. В общем, жид был хорошо известен в жандармских кругах, как преуспевающий ростовщик. Говорят, он был не сильно жаден, как остальные жиды, и даже наши ростовщики, и давал хорошую цену за заклад.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».