Топор, парашют и летучие мыши

Почему-то мне навсегда запомнились слова Людмилы Козловой, сказанные по поводу её приглашения на одну из важных литературных встреч: «Вы уж, Дмитрий Владимирович, извинитесь за меня перед коллегами, но присутствовать не смогу. Нужно ехать в Солоновку на кладбище, прибраться перед родительским днём на могилках. А их у меня там четыре».

Всё суетное когда-нибудь проходит, остаётся вечное. Задумаемся на мгновение вместе. Склоним головы в знак памяти и глубокого уважения к ушедшим.

…Под лёгкую мелодию, едва доносившуюся из динамиков, я крутил баранку своего авто.

– Наверное, мужчинам нас не понять. Отцы никогда не смогут любить своих детей так, как любим мы – матери, – скорее рассуждая, чем утверждая, тихо промолвила Людмила Максимовна и, немного помедлив, сама же и продолжила. – А впрочем, что мы знаем про их любовь? Они тоже умеют любить, только по-своему, по-мужски….

Дмитрий Каюшкин

СП России

август 2019 г.

Топор, парашют и летучие мыши

Рассказ

Кто-то скажет: «Вовсе нелогичная подборка слов для заглавия»! И будет неправ. Потому как в событиях, о которых пойдёт речь, все эти предметы и даже устрашающие внешним видом безобидные мышки окажутся непосредственными участниками истории. Той самой истории, которая и легла в основу повествования. Быть может, только «парашют» останется без привязки к могучим десантным войскам и острокрылым лайнерам, бороздящим бескрайние воздушные дали.

Началось всё в середине девяностых. Да, да, лихие девяностые. Надеюсь, помните о них? Или знаете по откровениям родных и близких? Всеобщая разруха и безработица. Обанкроченные и закрытые индустриальные гиганты. Ошеломлённые, ограбленные государством и выброшенные коротать свой век на «обочине жизни» пенсионеры. Растерянные учителя, инженеры, научные работники… Не мешало бы добавить к понятию «лихие» пару слов о переделе собственности и бандитских разборках.

При царящих в стране непотребствах немалая часть молодёжи сохраняла бодрость духа и стремилась подстроиться под быстро меняющуюся конъюнктуру государственной политики и глобального рынка. Но найти применение личным знаниям и способностям было под силу не каждому. Самым доступным и необременительным по тем временам казалось – покупать и продавать.