Голос

 – Почему мы все так слышим? Отчего? Или у нас уши по-разному устроены?

– А какая разница? – спросил Диман.

– Потому-что надо это прекратить, – сказал Егор, хмурясь. – От Голоса всем плохо. Пойти туда, и заставить… или попросить… ну, короче, сделать так, чтобы он замолчал.

– Да, именно! – поддержала его девчонка.

– Да вы что, с ума сошли оба? – Диман даже отступил на шаг, словно боялся заразиться. – Куда идти, кого просить? Вы кто, Человеки-Пауки или вообще трансформеры какие, чтобы такими делами заниматься? Эта ботва неведомо от чего творится, и надо ей пользоваться, не быть ротозеем, пока взрослые стоят, как чурбаны!

И он показал туда, где у ног Деда Мороза стояла телега, забитая новогодними подарками:

– Никто же ничего не увидит! Никто не узнает!

– Но это же нехорошо! – негодующе воскликнула девчонка.

Но Диман уже выудил один из подарков, послышался треск рвущейся бумаги, на пол посыпались конфеты, леденцы, шоколадки, покатилось в сторону красно-белое яйцо «Киндер Сюрприза».

Егору стало противно, будто новой кроссовкой вступил во что-то очень пакостное, дурно пахнущее.

– Ты же воруешь, – сказал он негромко.

Диман набычился, собираясь ответить хлестко, обидно, как он умел, даже рот открыл, но сказать ничего не успел. Шорох и негромкий стук дали понять, что открылись раздвигающиеся двери, а значит, в торговый центр кто-то вошел.

– Айда, посмотрим, кто это! – воскликнул Егор.

Вдруг кто-то из взрослых сумел не поддаться Голосу!

Они бросились бегом мимо ряда касс, огибая замерших неподвижно людей в очередях.

В первый момент Егор обрадовался, увидев рядом с охранником высокого, сутулого мужчину в рыжей потертой шубе и малахае. Но затем сообразил, что это городской юродивый, «Васёк», как называли его все – безобидный, но столь же разумный, как двухлетний карапуз, да еще и не умеющий связно говорить.

Круглолицый и бородатый, он бродил по Заволжску и летом и зимой в одной и той же одежде, собирал бутылки, а когда с ним разговаривали, бессмысленно и немного пугливо улыбался.

– Да это Васёк… – пробормотал Диман. – А напугал-то…

– Ууууу! – простонал хозяин рыжей шубы, местами протертой до дыр, и ткнул пальцем в потолок. – Ыыыы… ууааа… ыыыы… – он присел и зажал руками уши. – Ыыаааауу…

– Он тоже слышит, – сказал Егор. – И хочет от этого избавиться.

И в этот момент Голос смолк.

Охранник вздрогнул, закончил движение, почесав лысину, и вытаращился на Васька как на привидение.