Голос

 – Думаете, я сочиняю? Нет-нет-нет!

Но почему они ничего не помнят!?

Ведь Диман тоже слышал Голос, и ничего с ним не случилось!

А вот «англичанка» одеревенела, как и техничка, и прохожие на улице.

– Конечно, верим, Егорка, – мама взлохматила ему волосы на затылке. – Расскажешь потом, хорошо?

И она вышла из кухни, отправилась искать бабушкины таблетки.

Ему не поверили, и настаивать бесполезно!

Решат, что он сочиняет, что наконец-то выучился плести небылицы, как тот же Диман!

– Нет-нет-нет… – повторил Егор, но уже разочарованно, без запала.

Может быть, папа воспримет его рассказ иначе?

Папа явился с работы, как обычно, после семи, раскрасневшийся от мороза, принес с собой запахи бензина и машинного масла. Он белозубо улыбнулся, как всегда, переступив через порог, но сегодня улыбка у него получилась вымученная, словно ненастоящая.

Егор дождался, пока папа поужинает, и только затем подошел к нему.

– Я хочу тебе кое-что рассказать, – серьезно, по-взрослому сказал он.

Папа слушал внимательно, не перебивал, не улыбался, не отвлекался на телевизор, где как раз начались новости.

Но когда Егор закончил, он проговорил:

– Ну ты же взрослый парень, и сам понимаешь, что такое просто невозможно. Раздающийся с неба плач? Чтобы люди, услышав его, замирали, а ты почему-то нет? Остановившееся время? Наверняка ты вычитал все это в какой-то книге. Ведь так, сын?

– Нет! Нет-нет-нет! – воскликнул Егор горячо. – Это правда! Так и было! Посмотри на бабушку! Почему она так плохо себя чувствует? Посмотри на нашу маму! Отчего она сегодня так устала?

Хотел добавить «посмотри на себя», но увидел на лице папы улыбку, и осекся.

Ему не верили, считали выдумщиком! И кто, мама с папой, самые близкие люди!

– Никогда не думал, что у тебя такое богатое воображение, – сказал папа мягко. – Может быть, тебе показалось? А то, что бабушка себя плохо чувствует, так что странного? И маме на работе порой достается…

Егор сжал кулаки, хотел сказать, что Диман, закадычный друг, тоже все слышал, что он может подтвердить! Но затем понял – родители не поверят, даже если привести сюда всех пацанов и девчонок из класса, что не оцепенели, когда с неба раздался непонятно чей Голос.

Решат, что дети шалят, сочиняют невесть что.

Неужели никто из взрослых не остался в сознании, не слышал это пение?

– Но почему… – прошептал Егор, ощущая, что слезы вот-вот брызнут из глаз: горячие слезы обиды на чужое недоверие.