Солнце цвета меда

– Ты свободен, вне всякого сомнения, – спас положение князь. – Мы можем отправляться!

Взгляд, который главный волхв бросил на Рюрика, был отнюдь не дружелюбным, но в нем проскользнула благодарность.

– Да будет с вами милость Свентовита, – сказал старик, поднимая руку в благословляющем жесте. – Поезжайте!

– Так о чем ты там болтал с этим трехголовым? – спросил Арнвид, когда они сели в седла и выбрались за пределы Арконы.

– Он чего-то от меня добивался. – Воспоминания о том, что произошло в святилище, были болезненными для самолюбия.

 – Приказал двинуться на юг, за земли вендов…

– Туда, где кипят свары?

– Да, и даже южнее, где нет леса. – Ивар помолчал, вспоминая. – Оттуда поднимается то зло, которое заставляет вендские племена воевать с соседями и между собой.

– И что ты думаешь делать? – Эриль наморщил лоб: в лысой голове стремительно крутились мысли.

– Мы, вольные викинги, не служим никому! – ответил Ивар тяжело и гневно. – Даже богам! Я буду делать лишь то, что нужно мне как конунгу и моей дружине! Пусть Свентовит поищет себе других слуг!

Иссиня-черная туча, плывущая над южным горизонтом, украсилась полосками золотистых молний, а прокатившийся в вышине гром подозрительно напоминал издевательский смех.

– Похоже, что он с тобой не согласен, – усмехнулся Арнвид, но в его блеклых глазах уже тлела тревога.

Чуть придержав коня, с беседующими поравнялся князь, и эриль тут же отстал, разумно полагая, что вождей лучше оставить наедине.

– Куда собирается плыть Ивар Ловкач? – поинтересовался Рюрик.

– Еще не решил, – ответил Ивар, разглядывая собеседника. Тот был молод, но на юношеском лице читалась решительность, умение отдавать приказы и вести за собой. Перед конунгом был правитель, которому наверняка покажется мало крохотного Рюгена и который вполне может, несмотря на возможные опасности, отправиться завоевывать земли за морем. – Может быть, на юг…

– Туда не стоит.

 – Князь покачал головой. – Везде война, лютичи сражаются с бодричами, пруссы с литами… Все, что можно разграбить, разграблено, на месте селений – пепелища, и целые племена вырезаны под корень!

– И давно это началось?

– Тому лет пять, – ответил князь, оглаживая гладко выбритый подбородок, – Заволновались южные племена, прижатые степняками, иные из них двинулись на север, тесня соседей. Рубежи, соблюдавшиеся веками, оказались нарушены.