Солнце цвета стали

Их ждали самые сладкие мгновения, только ради которых и можно ночевать на палубе утлого суденышка, мерзнуть, страдать от сырости и голода, получать раны и увечья. Все женщины захваченного города твои, как и его сокровища…

– Вот так всегда, – разочарованно пробормотал Нерейд, – баб тискать и вино лакать, на это и другие сгодятся, а как работать – так Нерейд! Ну что за судьба такая!

Бормоча под нос проклятия, рыжий викинг пнул дверь мечети, намереваясь поискать внутри лестницу наверх, на башню. И тут же с воплем отскочил, ушибив ногу об тяжеленную створку, которая и не подумала открываться.

– Задница Ялька! – выругался Болтун, после чего принялся выламывать замок.

Очнувшийся седобородый мавр взирал на это с молчаливой яростью, кровь из перевязанной руки больше не шла.

– Ну, ты будешь говорить сам, или нам придется тебя пытать? – спросил у него конунг.

К этому моменту около него остался лишь Арнвид с учеником и Ивар, которому тоже было интересно послушать, что скажет пленник. На залитой кровью каменной мостовой остывали трупы защитников города, издалека доносились кровожадные вопли и женский визг.

– Что ты хочешь узнать, белоголовый? – мавр поднял на Хаука темные глаза.

В них не было страха, только ненависть.

– Вопросов много, – конунг пожал плечами. – Как называется этот город, кто тут правит? Что будет ждать меня, если я отправлюсь дальше на юг?

– Городок этот называется Алькассе, и все земли здесь принадлежат эмиру Кордовы Абдаррахману! – возгласил седобородый звенящим голосом.

 – А если ты, пришедший с моря грабитель, осмелишься направиться на юг, то тебя ждет смерть! Это обещаю тебе я, Ахмед ибн-Салах! Ибо гонцы уже ускакали, и вскоре на тебя обрушится могучее войско! Твои варвары будут рассеяны, точно горсть песка пред дыханием Аллаха!

– Красиво говорит, – Арнвид уважительно покачал головой, – мог бы быть скальдом.

– А стал воином, – задумчиво ответил Хаук, – а велико ли войско твоего конунга… эмира?

– Столь велико, что сосчитать его ты, белоголовый, не сможешь! – ответ Ахмеда был полон нескрываемого презрения.

 – В нем тысячи отважных всадников и опытных лучников! Тебя захватят в плен и сожгут на медленном огне, ибо лишь подобного и заслуживает осквернитель мечети! Ноги грязного варвара топчут минарет, откуда муэдзин призывает правоверных на молитву! О Аллах, зачем ты допускаешь такое?

– А далеко ли отсюда до Миклагарда?

Этому вопросу серк так удивился, что даже перестал предаваться гневу.