Солнце цвета стали

Столько драгоценного металла он не мог себе даже представить. Тут его было больше, чем в сокровищницах всех конунгов, ярлов и херсиров Северных Земель.

Судя по судорожным всхлипам, выпученным глазам и невнятно произнесенным ругательствам, прочие викинги также оказались впечатлены.

– Вот оно! Вот оно! – Арнульф взвизгнул и бросился вперед.

Прямо на его пути из пола беззвучно выдавилась человекообразная фигура из синего огня.

Обнаженный торс и руки бугрились мускулами, на ногах красовались широкие штаны, а на голове – обычный для этих мест головной убор, называемый, как узнали от того же сакса, тюрбаном.

Бывший купец вскрикнул, рванул с пояса меч. Но толстые и длинные, точно оглобли, руки уже ухватили его за горло, и крик перешел в неразборчивый хрип. Клинок вывалился из ослабевшей руки и лязгнул об пол.

– Вот тебе и злые духи, – сказал Нерейд. – Звали – получите?

– Арнвид, будь готов! – бросил конунг. – Остальные – за мной!

Обмякшее тело Арнульфа мягко повалилось на пол. Даже в полутьме было видно, как посинело его лицо.

Викинги приближались к ней цепью, выставив перед собой клинки. За их спинами Арнвид делал суетливые движения руками, вырисовывая в воздухе сложную составную руну. Пот катился по лицу эриля.

Вблизи обитатель гробницы смотрелся отвратительно. Безволосая кожа его лоснилась, словно у лягушки, а вместо глаз зияли провалы, в которых пылало багровое пламя.

– Бей! – и Хаук первым обрушил клинок, направив его в грудь обитателю гробницы.

Тот отпрянул с ошеломляющей быстротой, увернулся от удара, чтобы попасть под секиру Вемунда. Но тяжелое и острое лезвие Великанши Битвы прошло через грудь обитателя гробницы легко, словно через облако.

Толстый викинг на мгновение замешкался. Этой заминки хватило явившейся из-под земли твари, чтобы приблизиться. Светящиеся руки метнулись вперед и сомкнулись на толстой, словно древесный ствол, шее.

Вемунд зарычал, лицо его побагровело. Он выпустил секиру, попытался перехватить руки противника. И это, к удивлению Ивара, ему удалось. Вздулись могучие мускулы, пальцы, поросшие коротким рыжим волосом, сошлись на предплечьях обитателя гробницы.

Должно быть, соприкасаясь с человеком, он и сам становился несколько плотнее.

Та же мысль пришла в голову и конунгу.

– Руби его! – выкрикнул он.