Укротители демонов

Предсказамус ухватил принесенный Арсом листок и накрыл им взбунтовавшуюся колбу, словно пергамент был в силах перекрыть путь кипящей жидкости.

Та резво ползла вверх, пока первые пузырьки не коснулись листа. В месте прикосновения пергамент чуть почернел, и Арс на мгновение испугался, что его находка будет безнадежно испорчена. Но чернота сменилась фиолетовым, который перешел в темно-синий…

Цвета сменяли друг друга не торопясь, с чувством собственного достоинства. Предсказамус следил за процессом, точно хозяйка – за отелом любимой буренки, потирал руки и покряхтывал в бороду.

Судя по всему, процедура обещала быть долгой.

Понять, что именно затеял старый маг, у Арса не хватало знаний. Третий курс – слишком невысокая ступень, чтобы пытаться постигнуть действия того, кто дошел до уровня прохфессора.

Оставалось ждать и глазеть по сторонам.

На столе, который размерами поспорил бы с небольшой комнатой, вольготно расположились кучи самых разных предметов. На раскоряченной треноге покоился хрустальный шар, внутри которого металось крошечное огненное существо.

Рядком лежали пластинки гадательного набора У-псин, изготовленные, судя по всему, из зубов демона.

Грудами валялись книги, огромные фолианты топорщили страницы, недружелюбно блестели серебряные детали на обложках гримуаров. Взгляд Арса невольно задержался на корешках.

«Дурьфийский аракул: возникновение и исстория», «Справочник придсказателя супротив пабивания камнями», «Секс, рок-н-ролл и наркотики как стимуляторы прароческого ваабражения», «Три паросенка и другия истории» – литература подобралась специфическая.

К человеку, который читает подобные книги, поневоле проникаешься уважением.

От созерцания Арса отвлек резкий неприятный звук – словно икнула лошадь. Оглядевшись, студент понял, что это всего лишь хозяин изволил обрадованно хмыкнуть. Жидкость в колбе более не кипела, а на листке пергамента осталось пятнышко подозрительно-желтого цвета.

– Ну что? – спросил Арс.

– Безмолвие молчит – оставьте слезы! – возгласил Предсказамус.

 – Сей лист источник нам немалого соблазну. Пять тысяч лет минуло с той поры, как ссохлись крепко сбитые чернила!

– Пять тысяч лет! – Арс ощутил, как удивление клокочет в нем, подобно кипящей жидкости. – Невероятно!

Пророчество оказалось не новомодной подделкой, а плодом самой настоящей древности. Само по себе это значило немного, но заставляло прислушаться к мудрости «прарока», заглянувшего в будущее через пятьдесят веков.