Удравшие из ада

– Раздери их всех боги, – прорычал глава демонов. – Хотя они и сами боги. Ну-ка, вызови мне начальника отдела собственной безопасности.

– Повиновение реализуется! – просипел секретарь и исчез.

Не успел повелитель Нижнего мира откинуться в кресле, как дверь распахнулась вновь, и через порог шагнул высокий и черный демон с алыми, похожими на крошечные топки глазами.

Будь тут Арс Топыряк, он бы его узнал.

– По вашему приказанию прибыл! – рявкнул демон.

– Садись, – повелитель Нижнего мира кивнул на высящийся перед столом кол, – и рассказывай, как идут поиски.

– Ну… – начальник отдела безопасности замялся, глаза его как-то неуверенно мигнули, – он еще не пойман.

– Это понятно, иначе ты примчался бы с докладом.

– Мы обратились за помощью к людям… к магам…

– Что!? – от сердитого рыка начальник отдела пошатнулся, вулкан недовольно зарокотал, а на потолке выросла парочка черных сталактитов. – К этим тупым и наглым выскочкам?

– Э… ну да, – начальник отдела почувствовал себя на колу не вполне уютно.

– Нельзя доверять людям, что носят мантии! И вообще, людям доверять нельзя!

Начальник отдела подумал, что идея свалить работу на чужие плечи, столь популярная среди всех существ во всех обитаемых мирах, на этот раз оказалась не очень удачной.

– В общем, про них забудь, – сказал глава демонов почти спокойно. – Подготовь опытного агента и отправь его наверх, пусть займется поисками. Ясно?

– Так точно.

– И пусть твои парни не ослабляют бдительности. Рано или поздно беглец будет вынужден спуститься обратно, хотя бы ненадолго.

Начальник отдела кивнул, а перед его мысленным взором пронеслась вереница образов, включающих солнечный свет, священные символы и прочие неприятные для демонов вещи.

– Свободен, – буркнул глава демонов.

Начальник отдела вышел, а повелитель Нижнего мира вооружился алым маркером и подтянул к себе документ, озаглавленный «Служебная записка: О стымулировании труда низшаго демонского пирсанала».

Входная дверь штаб-квартиры городской стражи Ква-Ква, расположенной на улице Тридцатисемилетия Отрытия Канавы, была открыта всегда.

Радушие Торопливых тут ни при чем, просто дом, переживший несколько тысячелетий всяческих катаклизмов, давно покосился, а дверной проем принял трапециевидную, а не прямоугольную форму.