В кровавых объятиях Кали

Только Коська поднял кулак, чтобы бухнуть им в дверь, тем самым известив о нашем явлении, как раздался голос Мери.

– Да заходите уже. Ждем давно.

Ключевое слово для меня в тот момент, оказалось – «ждем». Это с кем, интересно? Не успел я додумать, как дверь раскрылась, и Коська меня буквально в нее впихнул.

Картина, что открылась перед моим взором, была жуть, какая интересная. За стоящим посередине гостиной круглым столом с серьезными мордами сидели Мери, Юльке и Питер.

Ничего себе! Вот это неожиданность.

Каким образом эта троица оказалась вместе, и почему именно к нашему приходу? Насколько я помню, Мери никого из них не упоминала. Понятно, что с Юльке она давно знакома. Но, что она и Питера знает, для нас это оказалось неожиданностью. Хотя Гоа – как большая деревня. Здесь все всех знают, ничего особенного, если вдуматься.

– Здасьте всем, – идиотским голосом проскрипел я.

– Давайте, садитесь, – пригласила Мери, – времени мало, а рассказать нужно много. – Вы, насколько я поняла, ни фига в сложившейся ситуации не разбираетесь.

Верно?

– Очень верно, – буркнул Коська, – мало того, мы еще и не понимаем, как вы трое все разом здесь очутились? Верней, чего здесь Питер и Юльке делают? И каким, извините, боком, это все отношение к нам имеет?

– Я вас вспомнила, – смущенно улыбнувшись, оповестила Юльке.

– Ну надо же, а? Проветрилась, что ли, к утру? – съязвил я, – а мы-то подумали, что тебе вовсе память напрочь отшибло. Уж и не надеялись на возвращение и вспоминание.

Юльке обиженно надула и без того свои пухлые губищи и стала похожа на грустную рыбу.

– Ну ладно, – вставила Мери, – не обижай девочку. Она и без того от этой потери памяти чуть не сдвинулась. Всю ночь напрягалась-вспоминала, откуда ей ваши лица знакомы. А как вспомнила, так ко мне сразу прибежала. Вы, наверное, заметили, что Вас помнят только очень немногие? Верней, всего пара-тройка человек? Это для того, чтобы вас не отвлекать. Чтобы вы были как можно более свободны от всяких ненужных знакомств.

Потому как дело у вас первостатейной важности. И…

– Так. Стоп, – прервал я ее, – подождите. Не отвлекать от чего? От какого такого дела, о котором мы ни сном, как говорится, ни духом? И для кого это дело первостатейное? Мы ни на какие ваши дела не подписывались. Мы сюда в отпуск приперли, пошатнувшееся здоровье поправлять, физическое и душевное, которые, не ровен час, лопнут, от недостатка витаминов, моря и солнца.