Дом Ночи

Пусть Сикорский и говорил, что нельзя увидеть черную кошку в темной комнате, Ива убедилась, что это вовсе не так.

Она подняла уголь и от неожиданности чуть не выронила: такой он был холодный. Гораздо холоднее, чем в Котельной. Ива положила его на край одеяла. Теперь все нужно делать так, как учил ее Уфф: смотреть и ждать. Ива глубоко вдохнула и уставилась на камень, стараясь ни о чем не думать.

Время тянулось так медленно, что, казалось, прошла целая вечность, прежде чем в темной глубине замигала белая точка.

Ива затаила дыхание. Ну же! Совка Авроры – наверняка это будет она! Профессор Сикорский от радости из кресла выпрыгнет! Точка приближалась медленно, описывая внутри куска угля странные круги. Вот сейчас, еще чуть-чуть…

Камень раскололся с оглушительным треском, будто кто-то сломал пополам вязанку сухого хвороста. В лицо ударила волна сухого жара, и тут же девочка поняла, что это вовсе не жар, а, наоборот, ледяной холод. В кожу словно вонзился миллион крошечных иголок. Ива отпрянула и стукнулась затылком об изголовье кровати.

В то же мгновение на нее навалилось что-то тяжелое и мягкое, а в нос ударил гнилостный запах. Так пахнет застоявшаяся вода, в которой разлагается сдохшая рыба. От мерзкой вони желудок Ивы сжался, и ее чуть не вывернуло наизнанку. Она задергалась, пытаясь освободиться, и в конце концов ей это удалось.

Дрожа от ужаса, она уставилась на существо, явившееся из камня. Это оказалась вовсе не бабочка. На кровати на корточках сидела девочка, примерно ее возраста.

Впрочем, Ива не стала бы ручаться, что она была человеком.

Девочка была очень худой, с руками как палки и вытянутым бледным лицом. Одежду она не носила. Ключицы и ребра выпирали так сильно, что казалось, еще немного, и они прорвут тонкую кожу. Она вся блестела от влаги или от слизи, темные волосы и те были влажными. Узкие глаза смотрели прямо на Иву, но взгляд был пустой.

– Ты кто? – прохрипела Ива.

Угольная девочка мотнула головой.

– Косточки… – зашипела она.

 – Белые косточки… Сладкие…

От звука ее голоса Иву пробрал озноб. Но самое жуткое – голос показался ей знакомым. Где-то она уже слышала похожие интонации, хотя никогда раньше не встречала это существо.

Угольная девочка нагнулась ближе. Черный язык облизал тонкие губы. И тогда Ива увидела, что рот гостьи полон маленьких острых зубов. С перепугу Ива схватила ее за холодные и скользкие запястья и оттолкнула от себя.

Видимо, страх придал ей сил.