Ледяные трущобы

Замок, что Сивый повесил на оружейный склад, располагавшийся в первой части убежища, также остался нетронутым, весь арсенал был в целости и сохранности. Такое везение наводило на мрачные мысли о том, что после невероятной, удивительной удачи обязательно случится нечто очень плохое. И это, конечно же, случилось.

Вторая партия перевозимых в бомбоубежище людей, напичканных в имеющуюся технику словно шпроты в банку, уже подъезжала к месту назначения, когда с серого, низкого неба сорвались крылатые твари.

Монстры с размахом крыльев до пяти метров не были похожи ни на одно из земных существ, живших когда-либо на земле.

Чужеродность этих крылатых бестий наводила ужас.

Комок черных змей, переплетенных друг с другом, откуда беспорядочно торчали шипастые и когтистые конечности, – и всю эту мерзость поддерживали в воздухе рваные перепончатые крылья. Ко всему прочему эти уродливые существа жутко орали, плюясь по движущейся технике черной вязкой слизью.

– Воздух! – заорал Сивый, будто герой советского фильма про войну, вдавливая педаль газа.

Нива «Шевроле», замыкавшая колонну, послушно понеслась вслед остальной технике. Сидевшие друг на друге на заднем сиденье четыре женщины и два ребенка с побелевшими от страха лицами напоминали сейчас мертвецов. – Мать моя женщина, этого нам еще не хватало! Нужно валить по холодку, пока ветер без сучков, правильно я говорю, Лёс?!

Денис кивнул, передернул затвор автомата. Стрелять на ходу не самое лучшее занятие, а когда опыта в этих делах нет совсем, то это становится в сотню раз трудней.

Однако стрельбы уже было не избежать, она хоть как-то отвлекала от страха, придавала уверенности.

С других машин уже открыли огонь, и первыми в этом деле были анархисты Серж и Макс, что неслись на своей разукрашенной «Волге» впереди всех. Старенькая машина, несмотря на погоду, не подводила и совсем недавно внешне преобразилась. Макс, неплохо владевший искусством граффити, внес новые красочные образы, которые вкупе с основным знаком анархии на капоте машины выглядели очень органично.

Черепа, что проступали сквозь тьму на дверцах машины, смотрелись будто настоящие, а огонь, бурливший в их пустых глазницах, казалось, вот-вот вырвется и обожжет смотрящего.

Летучие гады не отставали не смотря ни на что, и даже смерть и ранение нескольких их собратьев не смогли повлиять на их упрямый характер. Над несущейся на всех парах техникой теперь кружилась гигантская воронка, состоящая из более чем полусотни существ.